Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все статьи/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ


Ладыженский, А. М.
Памяти В. Э. Грабаря :К столетию со дня
рождения /А. М. Ладыженский.
//Правоведение. -1964. - № 3. - С. 177 - 179
  • Статья находится в издании «Правоведение.»

  • Материал(ы):
    • Памяти В. Э. Грабаря : К столетию со дня рождения.
      Ладыженский, А. М.

      Памяти В. Э. Грабаря (к столетию со дня рождения)

      Ученых можно в общем и целом разделить на три основные группы: одни строят небоскребы науки, не обязательно даже из своего материала; вторые в основном подготавливают этот материал — производят опыты, роются в архивах, собирают факты; третьих можно сравнить с ювелирами мысли: они тщательно, художественно отделы­вают детали для научных построений.

      Всемирно знаменитый наш международник Владимир Эммануилович Грабарь скорее всего может быть причислен к этой третьей категории. Он отличался поистине беспредельной эрудицией в области истории и международного права, и при этом он не был пассивным эрудитом-фактологом. Он обращался к фактам для научных конструкций, но конструк­ций историко-юридических, а отнюдь не философских. Эмпирик-позитивист, он занимался, по его выражению, реаль­ным, т. е. фактически действующим, правом, считая юридическую догматику как таковую (в отрыве от истории, от практики) совершенно недостаточной. Им опубликовано 164 работы на многих-языках; его имя хорошо известно не только в СССР, но и за рубежом. Он разрабатывал многие актуальные про­блемы современности, античной, средневековой и новой истории международного публичного и частного права в истории XVIII и XIX столетий.

      В. Э. Грабарь занимался следующими вопросами: война и международное право; значение международного права в жизни человечества; отношения между великими и малыми державами; Россия и славянство Запада; борьба немецкого и русского политического влия­ния на Балтике; правовые вопросы организации советской дипломатической службы и консульских отношений; международные реки; положение иностран­цев. Он был горячим противником «травматической эпидемии» (как Пирогов называл войну). Грабарь решительно высту­пал против Цорна, Кауфмана и других апологетов германского империализма, считав­ших, будто международное право является внешним государственным правом. Он очень хорошо показал, что вселенские соборы были международными дипломатическими конференциями. При этом наряду с большой научной добросовестностью и точностью В. Э. Грабарь отличался оригинальностью и смелостью мысли.

      Очень ценны его работы о влиянии римского права на международное как пуб­личное, так и частное право. Весьма положительные отклики получила его диссертация «Римское право в истории международноправовых учений. Элементы международ­ного права в трудах легистов XII—XIV вв.» (Юрьев, 1901). Исключительный интерес представляет вышедшая в прошлом году его книжка о jus gentium. В противоположность господствующему в буржуазной литературе взгляду, будто международное право возникло сравнительно недавно на основе христианства, В. Э. Грабарь хорошо показал, что оно является древнейшим видом права. Изучив огромную литературу о зарождении в древнем Риме jus gentium, Грабарь доказал, что первоначально этот термин означал «право родов» (genus — род). Древнейшими субъектами правоотношений были не семьи и тем более не отдельные люди, а племена и роды, а слова jus gentium понима­лись в буквальном смысле. Эти межплеменные и межродовые нормы имели координа­ционный «международноправовой» характер. Источником их были междуплеменные соглашения — то, что на Кавказе называли маслагатами.

      Если Владимир Эммануилович ссылался на какое-либо произведение или утвер­ждал какой-нибудь факт, можно было вполне на это положиться. Все свои произведения он отделывал филигранно и ни разу не кривил душой. Честность бывает не только этическая, но и эстетическая и логическая. От ученого особенно требуется эта послед­няя, и В. Э. Грабарь ею в полной мере обладал.

      Тесно связана с научной честностью вторая характерная черта В. Э. Грабаря — точность. Так, в известном, очень распространенном на Западе в начале XX в. учебнике международного права Ф. Листа наш ученый нашел ряд ошибок, и знаменитый немецкий автор их исправил, выразив в последующих изданиях свою глубокую признательность В. Э. Грабарю. Переведенный на русский язык под редакцией В. Э. Грабаря со сделанными последним большими дополнениями, этот учебник под двойным авторством Грабаря и Листа выдержал у нас несколько изданий.

      Другой пример безукоризненной точности, огромной научной емкости и ювелирной отделки — это рецензия В. Э. Грабаря на книгу Горяинова «Босфор и Дарданеллы». На 25 печатных страницах наш ученый показал лучшее знание литературы и архивных материалов, чем автор капитальной (500 стр.) монографии, и золотую медаль Академии наук за работу о проливах в 1911 г. получил не Горяинов, а Грабарь. Владимир Эммануилович никогда не брал ничего из вторых рук — сам читал в подлинниках то, на что ссылался. Он мог свободно говорить и писать на немецком, французском, англий­ском, русском (который не был его родным языком и который он начал изучать лишь в 14 лет), мадьярском языках. Мог читать без словаря и объясняться на итальянском, болгарском, сербском, чешском, польском, латинском и древнегреческом языках. Легче перечислить языки, которых он не знал, чем те, которые были ему известны. Из европейских языков он не владел только скандинавскими.

      Не чужд был Грабарь и практической деятельности. Во время первой мировой войны он был назначен юрисконсультом Дипломатической канцелярии при ставке вер­ховного главнокомандующего. Объективность его докладных записок и заключений вызвала недовольство начальника штаба генерала Янушкевича. В мае 1915 г. Грабарь подал рапорт о болезни и был уволен. Совсем иначе практическую работу Грабаря оценили при Советской власти. В приказе по Министерству внешней и внутренней торговли № 250, в связи с уходом Грабаря на пенсию, А. И. Микоян писал: «Освобождая тов. Грабаря, согласно его желанию, от занимаемой им должности юрисконсульта Наркомторга СССР .. . выражаю благодарность тов. Грабарю за его работу в Наркомате и предлагаю, чтобы Наркомат в случае возникновения в практике особо слож­ных международных вопросов пользовался компетентными консультациями В. Э. Гра­баря».

      В заключение хотелось бы сказать о Владимире Эммануиловиче как о человеке. Дружба с ним мною воспринимается как подарок судьбы. Он действительно был че­ловеком, перед которым невольно хотелось обнажить голову. Уважение к нему не порождало чувства дистанции; с ним было очень просто и уютно. Он родился 22 ян­варя 1865 г. в Вене. Детство свое он провел частью в Пеште и частью около Пряшева, в Прикарпатской Руси, в имении своего деда по матери А. И. Добрянского, крупного славянского деятеля московской ориентации, к которому венгерское правительство относилось с большим подозрением. Крамольником был и отец Владимира Эммануиловича — Эммануил Иванович, в молодости участник революции 1848 г., доброволец армии Кошута, а затем адвокат и член венгерского парламента от угрорусской нацио­нальной группы; преследования венгерских властей вынудили Эммануила Ивановича эмигрировать сначала в Италию, затем во Францию и, наконец, в Россию, где он под фамилией Храброва (Hraber — Храбар—Храбров) преподавал в Егорьевске Рязан­ской губернии, а затем в Измаиле на Дунае. В 1879 г. к нему привезли старшего сына, память которого мы чевствуем, а через год младшего — Игоря, впоследствии знаме­нитого академика — искусствоведа и художника. И только через шесть лет приехала освобожденная из тюрьмы жена Э. И. Грабаря Ольга Грабарь, привлекавшаяся по политическому процессу: она обвинялась в намерении отторгнуть Галицию от Австрии и присоединить ее к России.

      В. Э. Грабарю, ученому с мировым именем, не было свойственно никакое зазнай­ство. Начиная с уборщицы и кончая директором института, он со всеми был одинаково прост и приветлив. В каждом человеке он видел прежде всего самоценную личность и соглашался с Лессингом, что «с каждым человеком погибает вселенная». Он жалел тех, кто оказывался на сквозном ветру ледяного равнодушия к участи и достоинству человека. Он презирал «преуспевающих канцеляристов от науки», говорил о них сло­вами поэта: «Жрецы минутного, поклонники успеха». Когда его упрекали в том, что он кабинетный ученый, Владимир Эммануилович говорил: «Да, кабинетный, если кабинет противопоставлять передней», почтительным пребыванием в которой (например, у Вышинского) делалась иногда карьера.

      Хотя он считал, что после достижения 90 лет каждый день жизни есть Trinkgeld von Gottesgnaden — чаевые (точнее — на выпивку) от божьего милосердия, он каж­дый день хотел употребить с толком, принимал деятельное участие в научных заседа­ниях. Его выступления всегда были очень содержательны. До конца жизни он творил, подчеркивая, что дух животворит, буква мертвит; лучше ничего не сказать, чем сказать ничего. Его возмущали матадоры краснобайства. Он негодовал против бюрократического квиетизма и официального тупосердия. Он мечтал, чтобы радуга мира была переброшена через пропасти между государствами. Это был действительно Человек с большой буквы.

      Ладыженский А. М. доктор юридических наук

    Информация обновлена:13.12.2006


    Сопутствующие материалы:
      | Персоны | Книги, статьи, документы 
      

    Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст статьи, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

    Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

    Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
    Rambler's Top100 Яндекс цитирования

    Редакция портала: info@law.edu.ru
    Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
    Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru