Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все статьи/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

АР
М234 Манин, В. А. (Вячеслав Анатольевич).
Формирование горнозаводского земельного законодательства
во второй половине XVII - первой половине XVIII века :На
примере Урала : Автореферат диссертации на соискание ученой
степени кандидата юридических наук. Специальность 12.00.01
- Теория и история права и государства ; История правовых
учений /В. А. Манин ; Науч. рук. С. А. Черноморец. -Саратов
,2002. -26 с.-Библиогр. : с. 24 - 26.17. ссылок

Материал(ы):
  • Формирование горнозаводского земельного законодательства во второй половине XVII - первой половине XVIII века : На примере Урала
    Манин, В. А.

    Манин, В. А.

    Формирование горнозаводского земельного законодательства во второй половине XVII - первой половине XVIII века : На примере Урала : Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

    Общая характеристика работы

    Актуальность исследования. Реформирование отечественной экономики в конце XX века повлекло за собой переход от простой структуры субъектов поземельных отношений, включающих в себя главным образом государственные предприятия, к сложной системе, состоящей из субъектов с различной формой собственности. В этих условиях опыт правового регулирования земельных отношений в промышленности, накопленный в отечественном праве, имеет немаловажное значение.

    Вышесказанное особо актуально для горнозаводских земельных правоотношений, так как ни для одной отрасли промышленности земельные правоотношения, включающие в себя не только право на поверхность земли, но и на ее недра, не имели такого значения, как для горного дела.

    Горнозаводские земельные отношения эпохи феодализма, включали в себя не только право собственности на землю, но и лесное и природоохранное право, элементы налогового права и т. д. Современные авторы, как правило, при выработке концептуальных и частных предложений по совершенствованию действующего горного законодательства, исходят из отечественного и зарубежного опыта недавнего прошлого или настоящего, не учитывая, что Россия является страной с многовековыми традициями в этой области права.

    Однако опыт, накопленный на протяжении XVIII - начала XX веков отечественной юридической наукой и правовой практикой, современный российский законодатель почти не использует, пытаясь ориентировать принимавшиеся нормативные акты на зарубежные образцы. Многие навязанные таким образом конструкции и институты не вписываются в общую правовую схему. Подобных примеров нерационального законотворчества вполне достаточно.

    Исходя из вышесказанного, следует отметить, что актуальность и практическая значимость нашей темы не только не будут уменьшаться со временем, но и привлекут усиленное внимание к данным вопросом со стороны исследователей.

    Хронологические рамки исследования. Хронологические рамки исследования охватывают период второй половины XVII - середины XVIII веков, то есть период формирования горноземельных отношений в нашей стране. Эти хронологические рамки дают возможность исследовать не только период зарождения горноземельного права, но и про-

    3

    следить основные закономерности его дальнейшего развития и правоприменительную практику. Мы намеренно ограничиваемся серединой XVIII века, так как позднее произойдет отход от принципов горной регалии (монопольное право государства на недра), что изменит общую направленность горноземельного права.

    Состояние научной разработки проблемы. Изучение горнозаводского земельного права имеет давнюю традицию. Необходимо отметить, прежде всего, труды авторов XVIII века В.Н. Татищева и В.И. Геннина, длительное время управлявших уральской промышленностью, а также сочинения В.И. Крамаренкова и М.Д. Чулкова. Отстаивая позиции русского дворянства и чиновничества, вышеуказанные авторы считали, что земли на Урале в основном принадлежат государству, и лишь в очень редких случаях упоминают, что часть заводов построена на башкирских землях. Данная точка зрения была подхвачена исследователями более позднего времени.

    В начале XIX века наиболее важные сочинения по истории русской промышленности оставили крупные горнозаводские деятели А.С. Ярцев, А.Ф. Дерябин и И.Ф. Герман. Любые недостатки в развитии промышленности авторы объясняли несовершенством управления, а изданию нового закона и реорганизации ведомственных учреждений придавали решающее значение.

    Следует также подчеркнуть, что в основном сочинения XVIII - начала XIX века являются для данной темы скорее источником, чем историографическими трудами.

    Из значительных работ второй четверти XIX века можно назвать только работу Ф.О. Морошкина «О владении», где впервые ставится проблема прав посессионного владения.

    Так, история лесного дела и лесного законодательства отражена в двух появившихся крупных работах, авторами которых являются В.Е. Врангель, Н.В. Щелгунов и С. Ведров.

    Значительный интерес к изучаемой нами теме начинает проявляться после реформы 1861 года. Особо большой интерес вызывал правовой статус посессионных земель. В этом вопросе сразу же выявились две противоположные точки зрения. По одной из них, представленной С.С. Абамалек-Лазаревым, С. Добровольским и др., отстаивающими интересы заводовладельцев, посессионные земли следовало считать частной собственностью владельцев предприятий на основе как пожалования, так и права давности владения.

    4

    С другой точки зрения, эти земли следовало считать находящимися в долгосрочной аренде, переданными предпринимателям на определенных условиях и не менявшими от этого своего правового статуса государственных земель. Наиболее обоснованно эту точку зрения выразили в своих трудах А. Штоф, В.А. Удинцев, А.Н. Митинский, К.А. Неволин, И.Д. Белов, М.Ф. Владимирский-Буданов, В. Якушкин и другие. Кризисное состояние горнозаводской промышленности в пореформенный период вызвало к жизни серию статей по истории горного дела на Урале, таких авторов как В. Рожков, Н. Колюпанов, М.Д. Белоусов и другие.

    В первые десятилетия советской власти появляются монографические работы по истории крупной промышленности, в том числе и горнометаллургической. Но, в отличие от предшествующего периода, основные вопросы, которые ставят авторы, - это зарождение рабочего класса в России, характер труда на мануфактурах и классовая борьба. Особняком стоят лишь несколько работ, авторы которых анализировали некоторые из вопросов, касающихся данной темы. Это работы Д.А. Кашинцева, С.П. Сигова, М.Ф. Злотникова, Н.Б. Бакланова, П.Г. Любомирова.

    После Великой Отечественной войны интерес к истории развития уральской металлургии возрастает, и круг вопросов, заинтересовавших исследователей, значительно расширяется. Настоящий прорыв в этой области произвели исследования Б.Б. Кафенгауза, В.Я. Кривоногова, Н.И. Павленко, А.А. Преображенского, А.И. Юхта. Последними по времени работами, в которых имеются сведения по интересующей нас теме, являются исследования Н.М. Кульбахтина и А.В. Лагуткина.

    Объект исследования: горнозаводское земельное законодательство Российского государства.

    Предмет исследования: основные тенденции становления и развития горнозаводского земельного законодательства в России в период второй половины XVII - первой половины XVIII веков.

    Методологической базой исследования является общенаучный диалектический метод познания и вытекающие из него частнонаучные методы: системно-структурный, технико-юридический, лингвистический, сравнительно-правоведческий. Их применение позволило диссертанту исследовать объекты во взаимосвязях и взаимозависимостях их целостности и всесторонности.

    5

    Целью данной работы является исследование горноземельного законодательства Российского государства в период со второй половины XVII до середины XVIII века.

    Задачи исследования:

    - выявить на основе изучения жалованных грамот истоки русского горноземельного законодательства;

    - определить основные тенденции развития горноземельного законодательства России в первой половине XVIII века;

    - осуществить анализ становления системы землеотводов и регламентации платы за землю;

    - проследить эволюцию системы эксплуатации и охраны горнозаводских лесов;

    - проанализировать правоприменительную практику горнозаводских властей по вопросу земельной собственности в отношении коренных народов и русского крестьянства на Урале.

    Источниковая база исследования. Выбор темы исследования и его объекта предопределил специфику источниковой базы исследования. Привлеченные источники можно разделить на три основные группы.

    1. Во-первых, нормативный материал, опубликованный в Полном Собрании Законов Российской Империи (ПСЗ). Важным дополнением к ПСЗ являются «Акты исторические» и «Дополнения к актам историческим», «Акты археографические». Важнейшими источниками законодательного характера, хотя и не утвержденными правительством, являются «Заводской устав», «Горный устав» и «Наказ шихтмейстеру».

    В Сборниках Императорского Российского исторического общества (РИО) содержатся документы, позволяющие оценить последствия законодательной деятельности правительства по регулированию горноземельных отношений. К этой же группе источников мы относим сборники, содержащие документы, касающиеся только развития горнозаводской промышленности, такие как сочинение И.Ф. Германа «Историческое начертание горного производства в Российской империи» (1810 г.).

    Богатый актовый материал, позволяющий раскрыть регулирование поземельных отношений на Урале, содержит многотомная «Пермская летопись», доведенная до 1715 года.

    «Крепостная мануфактура в России», изданная в 1930 году, содержит в себе жалованные грамоты первым русским заводовладельцам XVII века с условиями отведения к ним земли.

    6

    2. Следующую группу источников составляют материалы текущего делопроизводства, такие как донесения и просьбы заводчиков, рапорты и отчеты горнозаводских чиновников, различного рода описания и статистические сведения о горнозаводской промышленности, содержащие сведения о землевладении отдельных предприятий и его правовом оформлении. К ним мы относим «Описание Уральских и Сибирских заводов» В.И. Геннина, написанное в 1735 году. В сборнике «Горнозаводская промышленность Урала на рубеже XVIII-XIX вв.» (1956 г.) опубликованы: «Генеральное описание о монетных дворах, литейных и всех горных заводах», составленное Берг-коллегией в 1797 году, и «Описание заводов хребта Уральского», выполненное пермским берг-инспектором П.Е. Томиловым в 1807-1809 годы. Хотя эти документы посвящены более позднему периоду, чем рассматриваемый нами, они содержат сведения о применении норм горноземельного права за предшествующее время.

    Договоры заводовладельцев с башкирами об аренде и покупке их земель под заводское строительство опубликованы в «Материалах по истории Башкирской АССР» в Уфе в 1954-1956 гг. (Т. I-V).

    3. Следующую группу источников составляют документы личного характера, записки и письма. Прежде всего, сборник писем В.И. Геннина в кабинет к Петру I и Екатерине I, изданный в Екатеринбурге в 1993 г. Этот источник содержит не только отчеты генерала, в том числе и по урегулированию горноземельных отношений на Урале, но также советы В.И. Геннина по совершенствованию законодательства, в том числе и горноземельного.

    К этому же типу следует отнести «Записки. Письма. 1717-1750 гг.» В.Н. Татищева, изданные в 1982 г. и содержащие ряд наказов горным чиновникам, в том числе направленные на регулирование правил эксплуатации и охраны лесов.

    Для решения поставленных задач в работе были использованы архивные материалы из фондов Российского государственного архива древних актов г. Москва (РГАДА) наиболее важные из которых хранятся в фондах Берг-коллегии (Ф. 271), Правительствующего Сената (Ф. 248), Демидовых (Ф. 1267).

    Из региональных архивов особый интерес представляют фонды государственного архива Свердловской области г. Екатеринбург (ГАСО), такие как фонды Уральского горного управления (Ф. 24), Уктусского золотопромывального завода (Ф. 29), Оренбургского горного начальства (Ф. 115).

    7

    Выделенная источниковая база позволяет решить задачи исследования.

    Научная новизна исследования. Наше исследование является первым не только в юридической, но и в исторической литературе послеоктябрьского периода, всецело посвященным развитию горнозаводского земельного права в феодальную эпоху. В работе рассматриваются не только законодательные акты, регулирующие данную область, но и большой фактический материал с привлечением неопубликованных дел, большая часть которых вводится в научный оборот впервые; анализируется правоприменительная практика.

    Материал диссертации может быть использован в ходе дальнейшего изучения этой темы, для подготовки учебного материала по курсу истории государства и права России, для написания разделов коллективных монографий, а также для разработки специализированных курсов по истории и теории горного права.

    Научное и практическое значение, апробация результатов. Материалы диссертации могут быть использованы при изучении соответствующих разделов истории государства и права России, при написании обобщающих трудов по истории России и Урала в частности, при ведении спецкурсов по истории и теории горного права в России на юридических, исторических и горных факультетах вузов. Выводы об этапах становления системы горнозаводского земельного права и проблемах его правоприменения могут служить еще одним доказательством необходимости кодификации горного законодательства в отдельную отрасль права.

    Теоретические и практические положения исследования используются автором в учебном процессе на историческом и юридическом факультетах СурГУ. Диссертационный материал был использован для подготовки 17 публикаций по выбранной теме.

    Диссертация обсуждалась на заседаниях кафедры теории и истории государства и права Сургутского государственного университета и кафедры истории государства и права Саратовской государственной академии права.

    Основные положения диссертации были представлены в виде сообщений и докладов на конференциях различного уровня: Всероссийская научно-практическая конференция «Проблемы административно-государственного регулирования межнациональных отношений» (Тобольск, 1995); Всероссийская межвузовская научная конференция «Россия в контексте мировой истории» (Екатеринбург, 1996); Всероссийские

    8

    научно-практические конференции «Северный регион: экономика и социокультурная динамика» (Сургут, 2000, 2002); Межвузовские конференции молодых ученых «Научная молодежь - XXI веку» (Сургут, 2001, 2002); Региональная музейная ГУ научно-практическая конференция, посвященная 30-летию г. Нижневартовска (Нижневартовск, 2001); Всероссийская научно-практическая конференция «Екатеринбург: от завода-крепости - к евразийской столице» (Екатеринбург, 2002); XXVIII сессия симпозиума по аграрной истории Восточной Европы «Землевладение и землепользование в России (социально-правовые аспекты)» (Калуга, 2002).

    На защиту выносятся следующие положения:

    1. В качестве критериев развития горнозаводского земельного законодательства предлагается считать:

    - уровень его кодификации;

    - степень поддержки правительством принципов горной свободы и горной регалии.

    2. На основе выдвинутых критериев выделить два этапа в рамках изучаемого периода:

    - с середины XVII века по 1719 г. (этап некодифицированного горнозаводского земельного законодательства);

    - с 1719 г. после принятия Берг-привилегии до второй половины XVIII в. (период начала кодификации и действия указанных принципов).

    3. Принять отправной точкой возникновения горнозаводского земельного законодательства в России предлагается середину XVII века - время возникновения крупной частной металлургической промышленности, являющейся материальной основой указанной отрасли права.

    4. Поскольку центральное законодательство даже после 1719 года не охватывало всех вопросов регулирования горнозаводского землевладения считать важнейшим источником регламентации горнозаводских земельных правоотношений подзаконные акты, учитывавшие местные особенности и применявшие по аналогии нормы из других отраслей права.

    5. Считать рассматриваемый период временем возникновения особого типа промышленного землевладения, складывавшегося на основе горнозаводского земельного законодательства, и близкого по сущности к служебному землевладению предшествующего периода.

    6. Выявить противоречия, обнаруживавшиеся в стремлении горнозаводских властей в своей правоприменительной практике по отно-

    9

    шению к горнозаводскому землевладению, одновременно обеспечить владельцев предприятий необходимой для промышленного производства территорией и законодательно защитить владельческие права на угодья крестьян и коренных народов, проживавших на данных землях.

    В научный оборот введена значительная новая информация по предмету исследования и опубликованы данные, найденные в архивохранилищах страны, характеризующие деятельность горных властей на местах по регламентации горнозаводских земельных отношений в первой половине XVIII века.

    Структура работы. Структура диссертации подчинена логике исследования и состоит из введения, трех глав, подразделенных на 8 параграфов, заключения, списка использованных источников и литературы.

    Основное содержание работы

    Во Введении дана общая характеристика диссертационного исследования: показаны актуальность и научная новизна избранной темы, ее теоретическая и практическая значимость; раскрывается степень ее научной разработанности; определяются цель и задачи исследования; указывается ее методологическая, источниковая основа, а также приводятся сведения об апробации полученных в ходе исследования результатов.

    Первая глава «Горнозаводское земельное законодательство России в период XVII - первой половины XVIII веков» посвящена исследованию генезиса горнозаводского земельного права в России с момента возникновения до середины XVIII века и анализу основных документов, регламентирующих эту отрасль законодательства в рамках указанного периода.

    Автор утверждает, что, несмотря на спорадические попытки основания горнометаллургических предприятий в конце XV - XVI веков, потребности в правовой регламентации горноземельных отношений не возникало. Это объясняется во многом отсутствием материальной базы для такого правового регулирования, несмотря на то, что в Западной Европе такая отрасль законодательства давно существовала и развивалась. По нашему мнению, отсутствие в России вплоть до середины XVII века регламентации горных отношений объясняется не только традиционным характером права в стране, но и общей отсталостью русской промышленности, не поднявшейся к данному периоду выше стадии мелкотоварного производства, и, соответственно, отсутствием потребностей в законодательной регламентации, так как вплоть до начала

    10

    XVII века железо производилось и обрабатывалось в небольших плавильнях не требовавших больших земельных владений и не нуждавшихся в законодательной регламентации в этой области.

    Даже первые крупные горнометаллургические предприятия, возникшие в XVII веке и принадлежавшие казне и крупным феодалам, не вызвали потребности в возникновении горноземельного законодательства и существовали вначале в рамках традиционных правовых норм.

    Положение начинает меняться в XVII веке с началом постройки крупных частных металлургических мануфактур, требующих значительных площадей для обеспечения заводского действия и послуживших своеобразной материальной основой для оформления горнозаводского земельного законодательства и возникновения соответствующих правоотношений. Поэтому вопросы обеспечения заводов необходимыми для постройки предприятий и дальнейшей их работы угодьями становятся исключительно актуальными и выдвигают на повестку дня требование законодательного урегулирования.

    Однако вплоть до Берг-привилегии единого горного законодательства в России не было. Проблема решалась с помощью частных договоров с владельцами земли или «милостливых» указов, регулирующих только данный конкретный случай. При этом такие указания исходили не только от лица центральной власти, но и составленных по их примеру указаний местных властей, формировали устойчивые нормы, вырабатываемые в ходе законодательной практики.

    Анализ всего комплекса известных к настоящему времени жалованных грамот на постройку металлургических предприятий частных владельцев представил возможность установить картину становления системы горноземельного законодательства в России. Прежде всего, она опиралась на систему льгот, предоставлявшихся промышленникам при выдаче им разрешения на постройку предприятия.

    Изучая эти документы, мы пришли к выводу о том, что к основным из них можно отнести:

    Монопольное право на постройку заводов в конкретном районе.

    Передача в пользование предпринимателям казенных земель вместе с живущими на них крестьянами.

    Наличие льготного от налогообложения срока действия предприятия.

    Кроме общих для всех льгот, правительство также предоставляло отдельным предпринимателям дополнительные преимущества. Свиде-

    11

    тельство тому - уступки Н. Демидову, Л.К. Нарышкину и другим заводчикам.

    Отмечая это, необходимо заметить, что, предоставляя льготы, правительство накладывало на предпринимателей и достаточно жесткие обязательства.

    Это, прежде всего, принудительная продажа продукции в казну по ценам значительно ниже рыночных.

    Жесткая регламентация со стороны казны за ассортиментом выпускаемой продукции.

    Запрещение на покупку земли для производственного действия.

    Льготы и преимущества заводовладельцам, вне всякого сомнения, являлись действенным стимулятором, оказывавшим благоприятное воздействие на процесс строительства заводов. Однако были и обстоятельства, тормозящие созидательную работу.

    Основным сдерживающим фактором в развитии русской металлургической промышленности, на наш взгляд, было то, что в ту пору Россия не знала права частной собственности на землю и предприятия. Правительство же, чувствуя свою выгоду, в большинстве случаев не сдерживало собственных обязательств, конфисковывая предприятия или облагая их дополнительными обязательствами. Правительство видело в промышленниках не столько полноправных собственников, сколько чиновников на государственной службе по руководству предприятиями и поступало соответственно. Оно конфисковывало не только предприятия, но и окружающую территорию в свою пользу или передавало их другим лицам по своему усмотрению.

    Таким образом, анализируя права первых предпринимателей, мы приходим к выводу, что в их положении нельзя провести четкую грань между владельцем завода и управляющим государственным предприятием. Можно сделать вывод, что деятельность первых горнозаводчиков носила во многом еще традиционный административный характер.

    Исследуя складывавшуюся систему, мы можем себе представить, как эволюционировал подход к пониманию юридической ответственности в сфере горнозаводского землевладения. Но, хотя правовые нормы развивались и стремились занять подобающее им место в регулировании складывавшихся отношений, воля монарха преобладала над законом.

    В основе землевладения первых заводчиков лежали те правовые традиции, которые, будучи выработанными русской действительностью в ходе оформления Строгановского землевладения, перемежались и

    12

    уживались с элементами поместного права, присущими России в исследуемый период.

    Не ограничиваясь отводом земель, государство для обеспечения заводов рабочей силой вводит приписку земель предприятию как один из важных способов обеспечения производства рабочей силой, землей. Из единичных поначалу случаев позднее разовьется приписная система, сыгравшая огромную роль в становлении русской металлургической промышленности в XVIII веке.

    Сравнивая землевладение предпринимателей с типами землевладения, существовавшими в России рассматриваемого периода, мы может отметить, что оно было наиболее близким к землевладению гостей, со всеми связанными с этим ограничениями.

    На основе опубликованных ранее, а также выявленных в архивах документов сделан вывод о том, что важнейшим мероприятием по поощрению развития изучаемой отрасли промышленности со стороны правительства является разрешение поиска полезных ископаемых сначала на государственных землях, а позднее и на землях любой формы собственности со все более расширяющимся кругом лиц, допущенных к этой деятельности без особого различия сословной принадлежности.

    Итогом развития русского горноземельного законодательства на протяжении XVII в. являются два принципиальных момента, связанных с предоставлением:

    1) «горной свободы» - возможности искать руду на любых землях независимо от формы собственности на них всем, кто проявит инициативу;

    2) использование попытки правовыми методами определить отношения между собственником земли, на которой находится месторождение, и государством. Примером тому может служить установление компенсации за секвестированную властями землю.

    Заинтересованное в развитии металлургической промышленности, царское правительство стремилось утвердить не только свой абсолютный приоритет на недра, но и верховную собственность на металлургические предприятия.

    Верховное право собственности государственной власти на недра земли (горная регалия) на первых порах не было закреплено в общем законодательстве, а ограничивалось лишь выдачей жалованных грамот отдельным лицам, то есть актами локального характера.

    Подобная практика была продолжена и в первое десятилетие XVIII века. Правда, этому процессу стал присущ целый ряд новых мо-

    13

    ментов, связанных с правовым урегулированием поземельных отношений, возникающих в связи с ростом горнозаводского строительства и распространением его на новые территории. Говоря об этом, все же необходимо констатировать, что привнесенные новации серьезно не поколебали прежнюю законодательную основу. Горнозаводские взаимосвязи, в том числе затрагивавшие вопросы о земле, регулировались единичными указами, которые носили обязательный характер, нацелившись на решение локальных задач, и адресовались конкретному субъекту порождавшихся названным юридическим документом отношений.

    Примером подобного использования старых законодательных форм в виде индивидуальных указов для решения новых проблем и выработки положений, которые затем будут использоваться в общегосударственном масштабе, может служить правовое оформление уральского горнозаводского землевладения Н. Демидова.

    В этих указах содержались положения, которые затем в несколько измененном виде вошли и в общегосударственное законодательство. Прежде всего, выделение предпринимателю определенного размера территории (в данном случае - в радиусе 30 верст) под заводское строительство. При этом норма в 30 верст в окружности как эталон учреждалась для любого будущего строительства Демидовым новых заводов на Урале по всей территории.

    Также впервые в законодательной практике был определен размер землеотводов (200-300 десятин) под заводское строительство и под рабочие поселки. Точное определение размеров отводимых площадей под заводское поселение для формирующегося тогда горного законодательства являлось новшеством и позднее было включено в Берг-привилегию.

    Обсуждая вопрос о привилегиях заводовладельцев, нельзя не указать и на определенные ограничения их прав, в частности на крестьянские земельные владения. Однако на практике Н. Демидов захватил оброчные владения ясачных крестьян, и законодатель поддержал его в этом, кардинально решив в пользу заводовладельца спор о крестьянском земельном владении. Так был создан важный прецедент по отношению к крестьянской земельной собственности и нарушены традиционные права сибирского крестьянства на пользование землей.

    Отметим, что, передавая заводы Н. Демидову и наделяя его территорией, необходимой для жизнедеятельности строившихся предприятий, законодатель обошел вопрос о правах заводовладельцев на землю

    14

    и угодья. Позднее это негативно скажется не только на процессе раздела имущества, но и на определении размера взимаемых налогов.

    Еще одной уступкой правительства частному предпринимателю, как показала практика, не всегда оправданной, но долгое время характерной для этого института русского права, было ограничение прав местной администрации на вмешательство в предпринимательскую деятельность.

    Предоставляя подобные привилегии, правительство не прекращало считать Н. Демидова не владельцем предприятия, а временным «уговорщиком», обязанным государству службой, за которую полагалось специальное жалование.

    Проблема собственности заводовладельца на построенные им предприятия решилась властью только в середине следующего десятилетия. В первых указах, как было отмечено выше, Н. Демидов выступает не как собственник заводов, а как арендатор, связанный с властью определенным договором. В этом отношении его владельческие права немногим отличались от прав заводовладельцев предшествующего периода. Это показывает, что право собственности предпринимателя на его заводы в рассматриваемый период еще не укрепилось в русском праве.

    После принятия Берг-привилегии в 1719 г. все последующие разрешения Демидову на постройку новых заводов уже соответствуют центральному законодательству и превращаются в упорядоченный отвод. Правда, позднее некоторые заводовладельцы все же продолжат получать отдельные привилегии, выделяющие их из общей среды, их привилегии также будут отличаться от положения рядовых заводовладельцев.

    В начале XVIII в. правительство приходит к пониманию того, что прежняя система управления горной промышленностью с многочисленными неспециализированными приказами, нередко дублировавшими друг друга, уже не соответствует тем серьезным задачам, не решение которых она нацеливалась, прежде всего в интересах обороны и военного дела.

    Нужен был единый общегосударственный центр, которым должен был стать утвержденный указом 24 августа 1700 года при приказе Большой казны Приказ Рудокопных дел. Приказу вменялось в обязанность организовывать поиск полезных ископаемых на всей территории Российского государства и проводить экспертизу вновь найденных руд.

    Однако отсутствие специалистов, неразмежованность прав и обязанностей с другими ведомствами, а также незаконченность реформы в связи с войной не позволили новому приказу выполнить поставленные

    15

    перед ним задачи. Сенатским указом 1711 г. приказ был упразднен, а его функции были переданы губернаторам на местах. Реформация особых положительных плодов не принесла, поскольку, если продолжать вести речь о металлургии и поиске руд, губернаторы не сумели заменить рудокопный приказ даже в рамках своих территорий.

    В итоге фактическим центром рудокопного дела на какой-то период становится Сенат, что также не являлось должным решением вопроса.

    В итоге 17 мая 1715 г. рудокопный приказ был восстановлен под названием Рудных дел канцелярии с расширенной по сравнению с предшествующим периодом сферой деятельности. Одновременно правительство стало все активнее привлекать к горному делу и местную администрацию, что нашло отражение в специальной инструкции воеводам (январь 1719 г.).

    Однако возникшее учреждение ни по масштабам, ни по уровню централизации не отвечало требованиям развития промышленности России. Исходя из этого, можно сделать вывод, что накануне коллежской реформы в стране фактически отсутствовал специализированный орган управления промышленностью.

    Постепенно эволюционируя, предшествующее законодательство подготовило появление в 1719 г. Берг-коллегии.

    Возникновение центрального органа управления в рассматриваемой сфере экономики стало не только следствием развития государственности, но и результатом новых политических и хозяйственных доктрин, общих установок правительства на полный контроль над горнозаводским делом.

    Возникшая в России Берг-коллегия была создана по модели, основательно копировавшей, как и остальные коллегии, подобные учреждения в Швеции. Но, анализируя обе модели (русскую и шведскую), видно, что при всем сходстве в их устройстве есть и немало различий, в особенности в установившихся привилегиях, связанных с горнозаводским делом. Характерным для русского права в целом и горноземельного как его части становится жесткая регламентация, чрезмерная опека властей над экономической жизнью страны.

    Широтой и многоликостью поражала компетенция Берг-коллегии. Ее ведению подлежали не только горная и металлургическая, но и (до 1722 года) легкая промышленность, заводы по производству артиллерии. Безусловно, такая пестрота и разбросанность не могли благоприятно сказаться на постановке дела в этом ведомстве.

    16

    Основным актом, регулирующим деятельность указанной коллегии, а также все отношения, возникшие в ходе горнозаводского производства, становится Берг-привилегия, определившая развитие этой отрасли более чем на полвека. Берг-привилегия не только вобрала в себя предшествующий опыт, но и узаконила общие принципы политики в области промышленного развития, более широкие правовые нормы для обеспечения процесса развития горного дела. В основу этого документа были положены три принципа: 1) утверждение верховного права собственности государства на недра земли (горная регалия) при сохранении имущественных прав дворян на поверхность земли; 2) предоставление всем сословиям права беспрепятственно заниматься горным делом (горная свобода); 3) объявление заводов собственностью верховной государственной власти.

    Важной особенностью Берг-привилегии стало провозглашение некоторых положений, совпадавших с тем, что закреплялось нормами буржуазного права. В частности, установление права собственности на предприятие. Берг-привилегия также декларировала охрану собственности, находившейся в руках владельцев, а затем и передачу ее по наследству.

    Исходя из анализа документа, правомерен вывод о том, что первый русский горный устав был разработан с учетом прогрессивного европейского опыта того времени, привнесенного и приспособленного к российским условиям. Не сумев избежать отдельных недостатков, устав все же стал правовой основой развития горной промышленности России на протяжении длительного времени.

    Исследуя Берг-привилегию, нетрудно заметить, что не все вопросы, связанные с горнозаводским производством, были поставлены и решены. В частности, в Привилегии ничего не говорилось об отводе земли под поселение работников. В документе не содержалась норма отвода лесов - основной топливной базы горнозаводского производства, и т. д. Эти пробелы законодательства позднее пришлось решать не только центральной власти, но и правоприменительным структурам на местах, к примеру местным органам управления, как это было на Урале.

    Одновременно с учреждением Берг-коллегии правительство осуществило свое обещание о создании ее местных структур. В результате в системе реформированного центрального аппарата России не было ни одного учреждения с такой разветвленной сетью местных органов, которыми располагала Берг-коллегия.

    17

    Важнейшим местным органом Берг-коллегии становится Сибирский обер-бергамт, позднее переименованный в горное начальство. В главе дается анализ его структуры, функций и деятельности.

    Важным постановлением, регулирующим горноземельные отношения конца первой четверти XVIII века, следует считать указ 1721 г. «О покупке к заводам деревень». В соответствии с его содержанием заводчикам-купцам предоставлялось право покупать к предприятиям поместья вместе с землей и крестьянами с последующим закреплением купленного не за личностью покупателя, а за предприятием, вместе с которым эта земля и люди только и могли быть проданы.

    Обнаруженные нами архивные документы позволяют опровергнуть утвердившееся мнение о том, что указ действовал недолго и после 1726 года фактически не применялся. По нашим данным, этот закон продолжал действовать и после 1726 года, вплоть до его официальной отмены при Екатерине II.

    Таким образом, заводовладелец, не принадлежащий к дворянскому сословию, мог стать собственником земли и решить проблему рабочей силы. Еще одним важным актом данного периода следует назвать указ 1721 года, который распространял действие Берг-привилегии и на иностранцев.

    После смерти Петра при его ближайших преемниках на Российском престоле в горнозаводское законодательство не вносилось ничего принципиально нового. Указы Екатерины I и Петра II касались в основном конкретных случаев и базировались на нормах Берг-привилегии. Определенное исключение составляет лишь указ от 26 сентября 1727 г., который решал вопросы постройки предприятий в отдаленных местах Сибири. По нашему мнению, в данном законе содержится норма, которая несколько противоречила духу Берг-привилегии. Это положение о свободном договоре горнопромышленника с владельцем земли. При этом закон делал такое соглашение обязательным для горнозаводчика. Норма, как видим, ставила предпринимателей в зависимость от землевладельца и по духу закона более соответствовала практике предшествующего периода.

    В начале правления Анны Иоанновны в законодательстве также доминируют нормы времен Петра I. Однако, применяемые в условиях нового времени, они вступают в противоречие со складывающейся ситуацией при их применении. Это хорошо просматривается в деятельности В.Н. Татищева. При назначении его на должность главного начальника всех горных заводов в Сибири и Перми ему была вручена подроб-

    18

    нал инструкция, содержащая программу реформирования горной отрасли. В отдельных ее положениях отчетливо видно, что она противоречила законодательству Петра I и более соответствовала реалиям XVII в. В частности, разрешая В.Н. Татищеву отбирать в случае государственной выгоды предприятия у частных владельцев или земли у собственников, власти противоречили обязательствам по охране частной горнозаводской собственности, провозглашенным государством ранее.

    Важнейшим положением этого документа является задание по упорядочиванию горного законодательства. В осуществление этой инструкции были подготовлены проекты «Горного устава» и «Заводского устава», а также «Наказа шихтмейстеру».

    Подвергнув анализу эти документы, мы пришли к выводу, что они предназначались для составления единого горного законодательства России. В случае его принятия страна получила бы наиболее совершенное по тому времени законодательство, не только регламентировавшее горнометаллургическую отрасль и упорядочившее горное управление, но одновременно усиливавшее контроль государства над частной промышленностью. Тенденции на усиление государственного вмешательства в частную инициативу противоречили не только потребностям страны, но и желанию верхушки, возглавляемой Бироном, приватизировать в свою пользу часть государственной собственности.

    Все три документа в разных аспектах трактуют вопросы промышленного строительства на Урале. В работе впервые проанализированы проекты строительства с точки зрения регулирования горноземельных отношений. Исследование показало, что эти документы практически полностью закрывали те пробелы в праве, которые содержала Берг-привилегия, и частично учитывали предложения промышленников. В области горноземельных отношений мы видим более значительный учет реальной практики горнозаводского строительства, чем во всех последующих законодательных актах, вплоть до Проекта Горного Положения 1806 года.

    В уставах содержались значительные привилегии в обеспечении землей и в возможности поиска руд для предпринимателей за счет землевладельцев. Однако основной идеей этих документов была жесткая регламентация частной инициативы промышленников, стремление «фабриковать фабрикантов» в условиях господства феодально-крепостнических отношений и под эгидой государства.

    Эти документы никогда не были утверждены правительством. Во многом это произошло потому, что они противоречили общей линии

    19

    государства на поощрение частной промышленности и встретили сильное противодействие со стороны не только предпринимателей, но и влиятельных придворных кругов. Отметим, что, несмотря на неприятие этих документов правительством, в основных своих положениях они действовали на Урале вплоть до конца XVIII в.

    Вторым по значению после Берг-привилегии законодательным актом первой половины XVIII в. является Берг-регламент 1739 года. Детальный анализ положений Берг-привилегии, Берг-регламента и всего текущего горного законодательства, появившегося в промежутке между изданием этих двух программных нормативных актов, показывает, что эти документы являются законодательными актами одного порядка. Основные положения Берг-привилегии нашли свое дальнейшее развитие в Берг-регламенте, который, учитывая практику предшествующего периода, несколько уточнил положения предыдущего законодательства, хотя и не решил всех вопросов, поставленных практикой.

    Во многом издание Берг-регламента было обусловлено стремлением правительства передать казенные заводы в частные руки. Берг-регламент уточняет Берг-привилегию, передавая преимущество на разработку первооткрывателю, но увеличивая обязательную арендную плату и делая ее независимой от прибыли.

    Берг-регламент пытается ликвидировать еще один просчет Берг-привилегии, связанный с назначением слишком небольших земельных отводов. Берг-регламент указывает на возможность отвода большей площади, чем устанавливалось ранее, не определяя точно ее размер. Границы участка оставались на усмотрение горных властей.

    Постановления Берг-регламента сохранили в измененном, улучшенном виде основные нормы Берг-привилегии еще более чем на 40 лет, определив основные направления развития горного законодательства вплоть до екатерининского закона 1782 г., объявившего недра земли собственностью землевладельца и отказавшегося от горной регалии, являвшейся основой горноземельного права предшествовавшего периода.

    Вторая глава «Правовая регламентация порядка отвода и эксплуатации земель для нужд горнозаводского производства в первой половине XVIII века» посвящена регулированию горным законодательством таких важнейших ее областей, как 1) определение размера территории под строительство предприятия и для его обеспечения сырьем и топливом, охрана лесных ресурсов, которые составляли основную топливную базу металлургии, и 2) попытки правительства регламентиро-

    20

    вать размеры оплаты за землю не только частным землевладельцам, но и государству со стороны предпринимателей-арендаторов.

    Определение размера необходимой территории и выделение ее под строительство предприятия, обеспечение его жизнедеятельности - важнейшая проблема, решаемая горным законодательством. Этот вопрос вызывал наибольшее количество споров. Первые отводы, производимые в XVII веке, имели случайный характер и произвольные размеры. Во многом эти отводы регулировались нормами поместного права и скорее напоминали жалование землей. Централизованная норма, выдвинутая Берг-привилегией, в 250 квадратных саженей, определяла только размер земли под постройку предприятия, но даже и для этих целей была очень мала. Первую норму отвода земли к предприятиям, которая частично учитывала уже имеющуюся практику, предложил В.Н. Татищев в 1721 г. Она составляла 15 верст вокруг предприятия. Однако правительство не поддержало это предложение, взяв за основу отвод предприятия от 25 до 30 лесосек (лесосека - количество леса, вырубленного за год работы предприятия). Эта норма была заимствована из саксонского права и не учитывала русских реалий. В указе 1734 г. подробно регламентировался порядок отвода таких лесосек. Практика же показывала неудачность подобной нормы. В.И. Геннин, управлявший уральскими заводами, в 1734 г. впервые высказал мнение, что этой нормы недостаточно, и предложил увеличить ее как минимум вдвое. Сменивший В.И. Геннина В.Н. Татищев предложил увеличить этот срок до 80 лет. Однако эти предложения не были поддержаны властью, и Берг-регламент не решил эту правовую коллизию. Поэтому Берг-коллегии самой пришлось явочным порядком, не дожидаясь утверждения Сената, разрешить горным властям на местах ввести предложенные В.И. Геннином и В.Н. Татищевым нормы. Кроме того, в 1746 году президент Берг-коллегии А. Томилов вернулся и к первому предложению Татищева и запретил строить предприятия ближе 10 верст друг от друга. Однако вплоть до середины 50-60-х годов XVIII века эти нормы не были окончательно утверждены центральной властью и применялись в основном для размежевания между казенными предприятиями, что порождало многочисленные споры между владельцами заводов, которые при существующей правовой базе было трудно разрешить.

    Определение размера территории для горнозаводских предприятий было тесно связано с проблемой ее рационального использования, которое, прежде всего, заключалось в законодательной охране лесных ресурсов. Вплоть до начала XVIII века никаких действительных мер по

    21

    охране лесов правительством не предпринималось. Лишь с началом быстрого развития флота правительство начинает издавать многочисленные указы по охране заповедных лесов, необходимых для корабельного строительства. По аналогии с действующим законодательством по охране корабельных лесов создавались и горнозаводские лесоохранительные предписания. Они были более сложны, чем акты центральной власти, так как лесное хозяйство при горных заводах требовало не только охраны, но и постоянного рачительного использования. Поэтому горные власти, и особенно это характерно для уральского управления, издали целый ряд инструкций, используя не только русский, но и зарубежный опыт, которые детально определяли порядок охраны лесов, их восстановление, эксплуатацию и систему наказаний за нарушение этих правил. Этот опыт активно использовался затем для совершенствования общероссийского законодательства, и не только горноземельного.

    Плата за землю и недра являлась обязательным условием развития горнозаводского производства на Западе. Однако Петр I, стремясь поощрить частных предпринимателей, поначалу не ввел оплату за использование государственных земель под промышленное строительство. Берг-привилегия регламентировала только размер оплаты за использование земли для нужд промышленников частным землевладельцам.

    После смерти Петра правительство попыталось вернуться к этому вопросу, обязав В.Н. Татищева в «Инструкции» установить справедливый размер оплаты за использование предприятиями как частных, так и казенных земель. Однако попытка Татищева подробно регламентировать этот процесс встретила яростный отпор со стороны влиятельных заводовладельцев. В результате «Заводской Устав» В.Н. Татищева не был утвержден центром.

    В 1744 г. Сенат попытался реализовать норму Берг-регламента о регламентации размера оплаты за пользование казенной землей. Но это предложение, несмотря на его детальную разработку, не было поддержано Берг-коллегией, которая, учитывая далеко идущие потребности государства по развитию отечественной промышленности, сумела отклонить это предложение, и вплоть до изменения горноземельной политики при Екатерине II правительство так и не ввело плату за использование казенных земель.

    Глава третья «Правовое оформление взаимоотношений в сфере землевладения и землепользования горнозаводской промышленности с коренными народами и крестьянством Урала в первой половине XVIII века» посвящена правовой регламентации поземельных отношений ме-

    22

    жду крупной промышленностью, возникшей на Урале в начале XVIII века, и коренными этносами и русскими крестьянами, появившимися в этом районе значительно раньше.

    Наступление на землевладельческие права коренных народов началось с приходом в этот регион русских. Однако особый размах это явление получило с началом постройки крупных предприятий, которые зачастую возникали на территориях, принадлежащих местным народам. Эта политика, ранее проводимая явочным порядком, получила государственную поддержку.

    В ответ на это коренные народности начинают борьбу против строительства на их территориях новых предприятий. Особо сильное сопротивление, несмотря на обещанные многочисленные льготы и выгоды от строительства, оказали башкиры. Властям удалось подавить эти выступления только с помощью войск. Однако эти возмущения в 20-х годах XVIII века заставили власти приостановить постройку новых заводов на башкирских землях. Правительство начинает понимать, что без изменения правовой базы дальнейшее освоение этих земель невозможно. И оно законодательно идет на нарушение действовавших до этого норм и обычаев, не только разрешая, но и поощряя продажу башкирских родовых земель русским. При этом башкиры были вынуждены уступать под сильным нажимом власти. А заводчики, пользуясь поддержкой правительства, скупали огромные земельные пространства за бесценок, что вызывало тревогу самих властей.

    В результате такой политики, которая была характерна по отношению ко всем коренным народам Урала, вспыхивали народные восстания, которые подавлялись с необычайной жестокостью. Захватив огромные земельные пространства, часто с нарушением действующего законодательства, заводовладельцы путем беспощадной их эксплуатации извлекали сверхприбыли и не нуждались в модернизации производства, что явилось одной из важнейших причин упадка уральской промышленности.

    Еще менее, чем с владельческими правами коренных народов, правительство считалось с правами русских крестьян, проживающих в этом регионе. Их не только заставляли работать на заводах, но и лишали земли в случае необходимости для промышленных нужд, что вело к разорению крестьян. А это было крайне невыгодно власти. Поэтому В.И. Геннин был вынужден установить порядок вознаграждений за использование крестьянских земель, который затем был частично распространен и на нерусские земли. Подробно эти отношения были регламен-

    23

    тированы в Уставах Татищева. Это говорит о частичном признании властью владельческих прав крестьян.

    Однако в земельных спорах стороны выдвигали аргумент принадлежности земель к приписным слободам как основное доказательство. Также владельцы заводов не только силой, но и в судебном порядке защищали землевладельческие интересы своих крестьян.

    Особенно ожесточенные споры вызывала неразмежеванность уральских земель и отсутствие на них владельческих документов. Заводовладельцы, покупая инородческие земли, изгоняли живших там крестьян, что было крайне невыгодно казне. В этих условиях власть даже усиливает контроль за продажей земли, отказываясь утверждать часть сделок.

    Чтобы решить эту проблему, горные власти не только постоянно производят межевание, но и пытаются регламентировать минимум земель, необходимых для крестьянского хозяйства. Однако если крестьянин начинал подряд руды для нужд промышленности, то власти признавали его права согласно Берг-привилегии и всячески поощряли эту деятельность. Но полностью решить этот вопрос в условиях присутствия многочисленных коллизий в праве и диаметрального несовпадения интересов крестьян и заводчиков власти не могли.

    В Заключении подведены итоги исследования и сформулированы основные положения и выводы, выносимые на защиту. При этом диссертант отдает себе отчет в том, что выполненная им работа не охватывает всех относящихся к теме вопросов, а лишь создает определенную основу для ее последующей углубленной разработки, восполнения имеющихся еще пробелов, а тем самым - для дальнейшего развития истории горноземельного права.

    По теме диссертационного исследования автором опубликованы следующие работы:

    1. Манин В.А. Развитие кузнечного дела на Урале в конце XVI - первой половине XVII вв. // Тобольский исторический сборник. - Тобольск, 1994. (0,6 п.л.).

    2. Манин В.А. Развитие крупной металлургической промышленности и коренное население на Урале в первой половине XVIII в. (к проблеме взаимодействия) // Проблемы административно-государственного регулирования межнациональных отношений: Материалы Всероссийской научно-практической конференции. - Тобольск, 1995. (0,2 п.л.).

    24

    3. Манин В.А. Традиции «рудоискательства» на Урале // Россия в контексте мировой истории. Всерос. межвузовская научная конференция. - Екатеринбург, 1996. (0,2 п.л.).

    4. Манин В.А. История России к. XVI-XVIH вв.: Методические рекомендации // История России. Раздел П. - Тобольск, 1997. (0,5 п.л.).

    5. Манин В.А. Рудный промысел на Урале в первой четверти XVIII века // Социокультурная динамика ХМАО: Сборник докладов Всероссийской научно-практической конференции. - Сургут, 1999. (0,4 п.л.).

    6. Манин В.А. О взаимоотношениях заводовладельцев с коренными народами Урала и Западной Сибири // Северный регион: экономика и социокультурная динамика: Сборник тезисов Всероссийской научно-практической конференции. - Сургут, 2000. (0,4 п.л.).

    7. Манин В.А. Развитие горного, железоделательного и кузнечного промыслов на Урале и в Западной Сибири во второй половине XVII в. // Северный регион: наука, образование, культура. - Сургут, 2000. (0,5 пл.).

    8. Манин В.А. Проекты введения платы за государственную землю в первой половине XVIII в. // Сборник научных трудов. - Сургут, 2000. Вып. 6. Часть 1. (0,4 п.л.).

    9. Манин В.А. Развитие юридических норм правовой ответственности в горноземельном праве во II четверти XVTII в. // Научная молодежь - XXI веку: Сборник тезисов докладов межвузовской конференции молодых ученых. - Сургут, 2001. (0,2 п.л.).

    10. Манин В.А. Правовая регламентация охраны лесов в Сибири в первой четверти XVIII в. // Тезисы докладов и сообщений региональной музейной IV научно-практической конференции, посвященной 30-летию г. Нижневартовска. - Нижневартовск, 2001. (0,2 п.л.).

    11. Манин В.А. Зарождение уральской металлургии и правовое оформление землевладения Демидовых // Научная молодежь - XXI веку: Сборник тезисов докладов межвузовской конференции молодых ученых. - Сургут, 2001. (0,2 п.л.).

    12. Манин В.А. К вопросу об оплате и налогообложении за пользование землей горнозаводскими предприятиями на Урале в пер. пол. XVIII века // Уральский временник «300-летие уральской промышленности». - Екатеринбург, 2002. Вып. VII. (0,8 п.л.)

    13. Манин В.А. Железоделательные промыслы крестьян и их связь с заводами пер. пол. XVIII века // «Научные труды». - Сургут. (В печати). (0,4 п.л.).

    25

    14. Манин В.А. Правовая регламентация поземельных отношений заводовладельцев и башкир в первой половине XVIII века // Северный регион: экономика и социокультурная динамика: Сборник тезисов Всероссийской научно-практической конференции. - Сургут, 2002. (0,3 п.л.).

    15. Манин В.А. Горнозаводское законодательство о лесах в первой четверти XVIII века // Вестник Волжского университета им. В.Н. Татищева. Серия «Юриспруденция». Вып. 24. Тольятти, 2002. (0,25 п.л.).

    16. Манин В.А. К проблеме крестьянского землевладения на Урале в пер. пол. XVIII века // «Екатеринбург: от завода-крепости - к евразийской столице»: Сборник тезисов Всероссийской научно-практической конференции. - Екатеринбург, 2002. (0,35 п.л.)

    17. Манин В.А. К вопросу о землевладении приписных крестьян на Урале в первой половине XVIII века // Землевладение и землепользование в России (социально-правовые аспекты): Тезисы докладов и сообщений XXVIII сессии симпозиума по аграрной истории Восточной Европы. - Москва, 2002. (0,1 п.л.).

     

Информация обновлена:18.11.2002


Сопутствующие материалы:
  | Персоны | Защита диссертаций 
  

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст статьи, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
Rambler's Top100 Яндекс цитирования

Редакция портала: info@law.edu.ru
Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru