Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все статьи/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ


Ливанцев, К. Е.
Правовой статус городского населения
Королевства Польского в XIX в. (до реформы 1866
г. ) /К. Е. Ливанцев.
//Правоведение. -1979. - № 4. - С. 62 - 67
  • Статья находится в издании «Правоведение.»

  • Материал(ы):
    • Правовой статус городского населения Королевства Польского в XIX в.
      Ливанцев, К. Е.

      Правовой статус городского населения Королевства Польского в XIX в. (до реформы 1866 г.)

      К. Е. Ливанцев,

      доктор юридических наук

      XIX в. — время бурной урбанизации Ев­ропы, создания новых промышленных горо­дов и преобразования старых городских мест в капиталистические центры. Этот процесс затронул и Польшу, хотя проходил здесь медленнее, чем на Западе.

      Королевство Польское — самая значи­тельная часть расчлененной Польши, по численности населения превосходившая все другие польские земли. Оно было единст­венной территорией, где вплоть до 1864 г. сохранялась феодальная зависимость кре­стьянства. Вместе с тем Королевство Польское становилось одной из передовых в промышленном отношении частей Польши, и тормозящая сила феодальных институ­тов ощущалась здесь все более явственно.

      Исследование феодальных пережитков в городах Королевства Польского в право­вой науке еще не предпринималось1 (то же можно сказать об историках и эконо­мистах) .

      Королевство (Царство) Польское, соз­данное в 1815 г. в результате решений Вен­ского конгресса и присоединенное персо­нальной унией к Российской империи, имея сравнительно небольшую территорию (129 тыс. км), в 1816 г. насчитывало 451 город. Но большинство из них — города только по названию, а на самом деле не­большие сельскохозяйственные поселки.

      За пятьдесят лет (с 1816 по 1865 гг.) число городских жителей в Королевстве Польском увеличилось вдвое, соответствен­но процент городского населения по отно­шению к сельскому возрос с 20 до 26,2.2 В процессе этих демографических изменений заметно обозначились и серьезные диспро­порции. С одной стороны, происходил бы­стрый рост группы городов, в которых на­блюдалось заметное экономическое разви­тие. В указанной группе во главе с Вар­шавой (в 1813 г. в ней было 80 тыс. жи­телей, в 1861 — уже 230 тыс.) обращает на себя внимание, например, подъем промыш­ленной Лодзи. В 1820 г. здесь проживало около 756 жителей, в 1840 г. — уже 15 тыс., а в конце XIX в. — около 360 тыс.3 С дру­гой стороны, в небольших аграрных горо­дах из-за отсутствия в них промышленных предприятий, удобного сообщения, слабо развитой торговли число жителей уменьша­лось, в результате чего часть их была ли­шена правового статуса города. В то же время города пополнялись рядом промыш­ленных поселков, так что в 1865 г. их об­щее число вновь достигло 451. Причем казенные (правительственные) города со­ставляли меньшинство (213); преобладали частные города (231), остальные (7) при­надлежали различным духовным организа­циям.4 Уже эти данные свидетельствуют о наличии в городах Королевства Польского феодальных институтов.

      По мере формирования новых капитали­стических отношений изменяется и соци­альная структура городов. Из состоятель­ного купечества и ремесленной верхушки, а также иностранцев-эмигрантов и части дворянства создается новый социальный слой — торгово-промышленная буржуазия. Менее имущая часть старого мещанства (ремесленников, подмастерьев, учеников), а также пришельцев из деревень (освобож­денных от крепостного права крестьян) превращается в мелкую буржуазию и про­летариат. В основном это заметно в круп­ных городах, в то время как в небольших, аграрного типа городах социальная диф­ференциация была весьма незначительной. Обособленную в правовом отношении (до 1862 г.) категорию городского населения составляли евреи.5

      Администрация Королевства Польского полагала, что следует оставить в силе те из признанных ранее городских привиле­гий, которые не противоречат дарованной Александром I конституции. Это мнение нашло отражение в рапорте царю (1820 г.) царского наместника Заенчека и в специ­альном решении Сената. Органический ста­тут 1832 г. также подтвердил обязательную силу тех прав городов, которые уже были получены ими.6 По мере того, как вмеша­тельство правительственной власти в дела города усиливалось, действенность старых городских привилегий ограничивалась. Так, количество ярмарок, которое зависело вна­чале от местной практики, основанной на городских привилегиях (в некоторых горо­дах ежегодно проходило по 20 и более ярмарок), в 1848 г. ограничилось до 6 (что мотивировалось ростом пьянства в дни яр­марок).7 Тем не менее в основном ста­рые привилегии считались (до 1866 г.) дей­ствующими. Особенно подчеркивалась обя­зательная сила тех решений, которые оп­ределяли отношения между жителями и владельцами городов, а также размеры по­боров, взимаемых в пользу «dominium» (помещика, государственной казны, церк­ви). В многочисленных спорах и судебных процессах XIX в. в качестве нормативных актов рассматривались привилегии, особен­но городские, появившиеся еще в XIII в.; они комментировались, переводились, с них снимали копии.8

      В Королевстве Польском монополия на торговлю, в принципе, закреплялась за го­родами. Ярмарки и базары могли прохо­дить только в городах. В виде исключения, всего в нескольких случаях, разрешалось проведение ярмарок в поселках, где про­живали фабричные рабочие. До 1832 г. это право принадлежало также деревне Пулавы — собственности Черторысских (в на­стоящее время Пулавы — крупный про­мышленный город).9

      Магазины и лавки разрешалось откры­вать также только в городах. В случае ли­шения населенного пункта городских прав подлежали ликвидации и все существовав­шие там торговые заведения, в том числе и мелкие лавочки.10 Такая практика проти­воречила принципу свободной торговли, который был признан еще в Герцогстве Варшавском. Только в 1850 г., после повторной ликвидации таможенной границы между Королевством Польским и Россий­ской империей торговые ограничения не­сколько ослабли: была разрешена рознич­ная продажа соли и мяса в селах, несколь­ко, позже— других мелких товаров. Полно­стью монополия городов на торговлю отменена в 1868 г., когда на Королевство Польское были распространены русские правила организации торговли от 1865 г.11 Положение об исключительном праве горо­дов на монополию торговли формально, как будто, защищавшее интересы мещан­ства, на самом деле, как и все феодальные ограничения, тормозило экономическое раз­витие.

      Организация ремесленного производства в Королевстве Польском основывалась на постановлении царского наместника от 31 декабря 1861 г. Вместо прежних ремес­ленных корпораций-цехов были созданы так называемые ремесленные объединения. Несмотря на это, термин «цех» по-прежне­му оставался общепризнанным, а в органи­зации и функционировании ремесленного производства сохранялось много старых принципов.

      При этом следует отметить, что ремес­ленная верхушка занимала скорее антика­питалистические, чем антифеодальные по­зиции.12 В условиях России того времени, и в частности Царства Польского, пред­ставители мелкотоварного производства, не освободившиеся полностью от феодальных пут, выступили против феодальных инсти­тутов и одновременно в известной мере противостояли наступающему капитализму.

      Во многих городах Королевства Поль­ского в XIX в. еще практиковалось при­знание городских прав за теми из новых поселенцев, которые изъявляли желание самостоятельно заниматься предпринима­тельской деятельностью, ремеслом или тор­говлей, а также приобретали недвижимое имущество. Данные права признавались за новыми жителями только после уплаты ими в городскую кассу определенной денежной суммы, а иногда и взноса в натуре (напри­мер, покупка для города противопожарного оборудования); приносилась присяга на верность государю и городским властям. После этого новые поселенцы вносились в список городских жителей и получали свидетельство такого своеобразного «граж­данства». Правительство Королевства Поль­ского не изменяло этого положения, хотя деление жителей городов на «граждан» и «неграждан» противоречило принципам конституции'3 и Кодексу Наполеона.13 Правда, в 1826 г. было принято постанов­ление, согласно которому городское граж­данство за оплату разрешалось предостав­лять лишь в тех городах, где данное пра­вило действовало во времена существова­ния независимого Польского государства. Источники свидетельствуют, что они со­ставляли 1/4 всех городов Королевства Польского.15 Это были как большие ка­зенные (во глазе с Варшавой), так и не­большие частные города. Указанная статья доходов существовала в бюджетах некоторых городов вплоть до первой мировой войны.16

      В 30-е годы после подавления ноябрь­ского восстания17 в Королевстве Польском предпринималась попытка разработать про­ект (по русскому образцу) прав мещанско­го сословия. Однако проект, составленный известным польским юристом и историком права Р. Губе, не был утвержден царем.13

      Для анализа правового статуса городов Королевства Польского важно то, что но­вая ипотечная система, введенная поста­новлениями Сейма в 1818 и 1825 гг., встре­тила сопротивление со стороны помещи­ков, выступивших против права жителей городов на так называемые ипотечные кни­ги, куда последние вносились как владель­цы недвижимого имущества. Аргументируя свои притязания, помещики, в частности, заявляли, что если земля, на которой рас­положен город, записана в ипотечной кни­ге как собственность частного лица (по­мещика) или казны, то нельзя фиксировать в ипотечных документах отдельные виды недвижимого имущества на имя других лиц, поскольку 'создается двойная собст­венность в пользу двух разных субъектов. Споры и дискуссии в данной области на­шли отражение и в юридической литерату­ре. Так, права помещиков и казны, с одной стороны, и права городских жителей — с другой, рассматривались на основе теории о разделенной собственности (dominium divisum), где выступают владелец-собст­венник (dominius directus) и владелец-потребитель, извлекающий выгоду из этой собственности (dominius utilis). Причем преобладало мнение, что настоящими вла­дельцами должны считаться владельцы-потребители (в данном случае мещане), га которыми следует признать гарантию сво­их прав в ипотеке.19 Аналогичную позицию занял Варшавский правительственный се­нат (IX Департамент Петербургского се­ната), в 1853 г. вынесший решение, что право владения городом в целом не дает владельцу-собственнику права на отдель­ные недвижимые имущества, находящиеся в черте города, в силу чего мещане могут иметь собственные ипотечные документы (это фактически и осуществлялось).20 Практика судов и указанное решение Варшавского сената учитывали реальные потребности и противостояли реакционным проискам помещиков, стремившихся истол­ковать новое законодательство в своих ин­тересах.

      В частных городах помещики-владельцы оказывали влияние на назначение бурго­мистров, а иногда и сами выполняли их обязанности.21

      Эти привилегии формально укрепляли по­зиции помещиков по отношению к городу и расширяли правомочия дворян-земле­дельцев. Однако сопротивление жителей городов, не желавших признавать навязы­ваемого им бургомистра, приводило к то­му, что они не могли эффективно пользо­ваться названными правами.

      Особый интерес в правовом отношении представляет налоговая система. В боль­шей части городов жители, помимо нало­гов в пользу государства, платили вла­дельцам городов различного рода поборы, сохранявшие характер феодальной ренты. Часто они несли также натуральные по­винности, работали на владельца города (помещика, казну, церковь), а кроме того, обременялись некоторыми монополиями. Общим правовым принципом, закреплявшим правомочия владельцев городов на фео­дальную ренту, было право domini directi по «ношению к зависимому городу.

      Изучение источников показало, что наи­более распространенным и одновременно наименее оспариваемым видом налогов был чинш. Он взимался в зависимости от раз­меров находящихся во владении лица па­хотной земли и садов, а также домов и площади земельных участков. Из 79 ка­зенных городов так называемых «боль­ших» губерний — Люблинской и Родомской (занимающих почти половину всей терри­тории Королевства Польского) чинш из­вестен в 49 городах (62%).22 В Калишской губернии мещане-земледельцы в основном платили чинш с пахотной земли.23 Из 52 частных городов Люблинской губернии этот вид налога не платился только в несколь­ких городах.24 Как правило, чиншевые пла­тежи, налагаемые на горожан, были срав­нительно небольшие (в год несколько де­сятков копеек с каждого владельца недви­жимого имущества) и носили скорее сим­волический характер, как бы подтверждая признание за земледельцем права собствен­ности, что нашло отражение и в их на­звании: fin recognitionem domini directi». В крупнейших городах Королевства Поль­ского (Варшаве, Люблине, Родоме и Плоцке) и в ряде более мелких городов жители так называемых «настоящих» городов (часть территории, включающая базарную площадь, улицы, предместье), которые в старой Польше находились под управлени­ем городских властей, вообще не платили ни чинш, ни другие виды феодальной рен­ты. Зато эти поборы ложились на жителей тех городских территорий, которые оказа­лись за пределами «настоящих)- городов (источники их называют jurydyki) и на которые не распространялась администра­тивно-судебная компетенция магистратов. Хотя в XIX в. такая дифференциация нало­гов городам не свойственна, владельцы бывших jurydyk все же заявляли о своем праве на взимание налогов и прежде всего чинша.25

      В 1825 г. Сейм, состоящий преимущест­венно из представителей дворянства и чи­новничества, приостановил действие ст. 530 Кодекса Наполеона (о возможности одно­разового выкупа чинша), в результате че­го он получил характер постоянного пла­тежа.26 Это решение Сейма носило реак­ционный характер и было направлено про­тив покушений на феодальную собствен­ность.

      Во многих городах Королевства Польско­го (как казенных, так и частных) кроме чинша существовали натуральные поборы: зерном, домашней птицей, молочными про­дуктами. Такие повинности в основном взимались с мещан-землевладельцев. Пла­та натурой встречалась реже, чем чинш.

      Еще больший анахронизм, чем плата на­турой, — отработочная повинность, которая до аграрной реформы 1864—1866 гг. бы­ла наиболее распространенным видом по­винности (обязанность отработать на полях помещика несколько дней в году — с одного городского дома). Зачастую число ра­бочих дней не устанавливалось, а давалась аккордная работа, например, вспашка зем­ли на определенном участке или уборка точ­но указанного количества снопов в ригу.27 Причем в казенных городах отработочная рента встречалась реже, чем в частных.28

      Владельцы городов (помещики и казна), кроме того, взимали особую плату с ремес­ленников и торговцев, мотивируя это тем, что они дают им возможность получить прибыль, оказывают покровительство, про­текцию (отсюда название «протекционные платы»). Указанная повинность, сохранив­шаяся с давних времен, основывалась на привилегиях и местных обычаях.

      Важнейший источник доходов для вла­дельцев городов — пропинационная моно­полия, т. е. исключительное право на про­изводство и продажу алкогольных напит­ков, в основном водки и пива. Этим пра­вом пользовались владельцы огромного большинства городов (помещики, казна).29 Именно они выдавали за определенную мзду разрешение на открытие трактиров в городах, а алкогольные напитки поставля­ли со своих водочных и пивоваренных за­водов. Жители, нарушившие эту монопо­лию, доставлявшие «чужую» водку, под­вергались наказанию. В некоторых городах трактиры находились в руках церкви.

      Владельцы городов сосредоточили в своих руках и право на другие монополии, например, помол зерна горожан в мельни­цах, им принадлежащих, взимание платы с лиц, прибывших на ярмарки и базары.

      Изменения  социально-экономического строя, связанные с развитием капитализма в Королевстве Польском, должны были в конечном счете привести к ликвидации фео­дальных институтов в городах. Попытки частичной их отмены (ряда повинностей городских жителей в пользу владельцев городов) предпринимались в двух направ­лениях: посредством выкупа повинностей и в ходе процессов, судебных споров, не­посредственных действий.

      Проекты выкупа феодальных повинно­стей в Королевстве Польском подводились под понятие так называемого приобретения городами самостоятельности. Суть его — освобождение от экономической зависимо­сти от помещиков и казны при помощи средств населения, что привело бы к пре­вращению неполной собственности жителей городов в полную. Проявленная в этом плане некоторыми городами инициатива вызвала определенный интерес у правительства. В 50-е годы был начат сбор дан­ных о возможности городов осуществить выкуп чиншей и других повинностей.30

      Учитывая приостановление действия ст. 530 Кодекса Наполеона, такой выкуп мог произойти только при согласии обеих сторон. Во многих городах жители, при­знавая целесообразность выкупа повинно­стей, указывали на отсутствие необходи­мых финансовых средств. Встречались так­же случаи отказа от выкупа на том осно­вании, что владелец города взимает нало­ги незаконно. Жители ряда городов вовсе не видели необходимости выкупа. Адми­нистративному совету — правительству Ко­ролевства Польского было поручено изу­чить вопрос о возможности отмены повин­ностей в городах, не нарушая при этом интересов помещиков и казны. Дело ока­залось непростым. Помещики выдвигали за­вышенные условия выкупа, а жители мно­гих городов уклонялись от солидарной от­ветственности за взятую из банка ссуду, выдаваемую в отдельных случаях для по­гашения выкупа. Правительство опаса­лось, что между городскими жителями и помещиками могут возникнуть конфликты, но вместе с тем не стремилось оказать го­родам действенную финансовую помощь.31 С начала 60-х годов дальнейших мер по разрешению проблемы выкупа городами повинностей не предпринималось. В ре­зультате реформы А. Велепольского воз­можностью освободиться от земельных по­винностей путем их выкупа воспользова­лись лишь несколько городов (Лив,. Бже-зины, Томашув Мазовецкий, Вндава).32 Та­ким образом, данный путь к самостоятель­ности городов оказался малодейственным. Население городов вело многочисленные судебные споры и процессы с помещиками и представителями финансового ведомства. Чаще всего предметом споров были: пропинация, отработочные повинности и нату­ральные поборы в пользу владельца горо­да, различные платы в его пользу, само­вольный захват им полей, лугов и город­ских пастбищ, вопрос о праве порубки деревьев. С жалобами выступали целые го­рода, некоторые группы населения (напри­мер, представители одной профессии, ев­реи и т. д.), а также отдельные жители. Споры между владельцами и городскими гминами решались как в административном, так и судебном порядке. Разбор некоторых дел тянулся десятки лет. Так, спор между городом Шебжешином и Замойской ордикацией продолжался больше 45 лет; 40 лет — спор казенных городов Лагова, Лосица и Стопницы с казной. Споры и про­цессы в большинстве случаев решались в пользу помещиков и казны Королевства Польского.33

      Население городов, потеряв надежду добиться справедливости в тянувшихся годами спорах или будучи недовольным ре­шениями властей, иногда прибегало к от­крытой борьбе. Наблюдались случаи из­биения судейских чиновников, господских людей и полицейских, принуждавших жите­лей выполнять повинности, случаи кол­лективного выпаса скота на помещичьих полях и т. д. Оказывалось и пассивное сопротивление: отказ платить чинш, вы­полнять отработки и другие повинности. Инициаторы и руководители таких вы­ступлений наказывались арестом или вы­селением за пределы города. Власти помо­гали помещикам взыскивать со «стропти­вых» жителей городов различные формы феодальной ренты. Однако непримиримая позиция горожан с течением времени вы­нудила правительственный аппарат изме­нить свою политику. Так, власти перестали оказывать помещикам помощь, если взы­скание просроченных платежей и повин­ностей не обосновывалось судебным при­говором.34

      Ликвидация вотчинных отношений в го­родах Королевства Польского произошла через два года после освобождения кре­стьян в результате аграрной реформы — 28 ноября 1866 г. Этот вопрос достаточно полно разработан как польскими, так и со­ветскими учеными.35

      В результате реформ 60-х годов расши­рялась правоспособность городских жите­лей,36 отменялись денежные поборы и дру­гие повинности; в 1868 г. введены новые правила торговли, т. е. большая часть феодальных институтов в городах Коро­левства Польского перестала существовать. В незначительной части они сохранялись в ряде казенных и частных городов (даже в некоторых районах Варшавы).37 Иногда бывшие владельцы городов сохраняли за собой право и после 1866 г. на доходы от пропинации, но теперь жителям городов разрешалось для личного потребления при­обретать спиртные напитки где угодно.38

      Однако получившим наконец «самостоя­тельность» городам был нанесен неожидан­ный удар: в 1869-1870 гг. 388 городов (из 452) были лишены прав городского само­управления.39 Хотя официально этот акт объяснялся якобы экономическими трудно­стями, на самом деле население городов и местечек наказывалось таким образом за участие в январском восстании.

      Каковы же факторы, способствовавшие сохранению феодальных институтов в го­родах Королевства Польского в течение по­чти всего XIX в.? Из социально-экономиче­ских причин самая важная — запоздалое развитие капиталистических отношений в сельском хозяйстве. Города были центрами сельскохозяйственных районов, состоящих из деревень с феодально-зависимыми кре­стьянами, в которых господствовали отно­шения, основанные на феодальной земель­ной собственности. Существенное значение имело то, что большая часть судебно-административного аппарата Королевства заме­щалась поместной шляхтой или же людьми, связанными с ней общими интересами. В этих условиях от представителей властей трудно было ожидать последовательных и решительных действий в части ликвидации феодальных пережитков.

      Из причин политического характера, тор­мозивших развитие капиталистических от­ношений в Королевстве Польском, опреде­ленную роль играла его зависимость от царского самодержавия. Царизм, решился на отмену вотчинных отношений в Коро­левстве Польском только после осуществле­ния соответствующих аграрных реформ в самой России. Таким образом, относитель­ной ликвидации феодальных отношений в Королевстве Польском непосредственно способствовали те факторы, которые вызва­ли реформу 1861 г. в России как резуль­тат борьбы русского народа против фео­дальной эксплуатации и угнетения.

       

      1Важный вклад в изучение права соб­ственности феодального и буржуазного об­щества внесли известные советские ученые-юристы А. В. Венедиктов и Л. И. Дембо, однако интересующая нас проблема не бы­ла в центре их внимания.

      2См.: Miasta polskie w Tysi^cleciu, t. 1. t. 1. Warszawa, 1965, s. 103, 106.

      3cm. ibid., t. 2. Warszawa, 1967, s. 22.

      4См.: Сборник статистических сведе­ний о городах Царства Польского. Варша­ва, 1865, с. 4.

      5См.: Оddiоnу obraz polozeni kraju przedlozony przez Rade Stanu Najjasniejsze-mu Panu. Warszawa, 1920, s. 47.

      6См.: Dziennik Praw Krolewstwa Polskiego (DPKP), t. 14, s. 172—173.

      7cm. ibid., t. 40, s. 413—417.

      8См.: Аnnales Univers. Marie Curie-Sklodowska, sect. C., vol. XV, 4, 1968, s. 96—98.

      9См.: Sobocinski W. Historia ustrojui prawa Ksiestwa Warszawskiego. Torun, 1964, s. 85.

      10См.: Mazurkiewicz J. Likwidacjelistroju miejskiego mniejszych miast w Kiesiwie Warszawskim i Krolestwie Polskim wokresie przed masowa zamiansj miast naosady. — Rocznik Lubelski, 1969, t. 10, s. 222.

      11См.: Cwik W. Pozostalosci feudalne wmiastach rzadowych malopolskich terrenow Krolestwa Polskiego. Lublin, 1968, s. 101—103.

      12См.: Кula W. Ksztaltowanie sig Kapitalizmu w Polsce. Warszawa, 1955, s. 117.

      13По конституции все граждане формаль­но объявлялись равными перед законом, декларировалась неприкосновенность лич­ности и имущества (см.: Wybor tekstow zrodiowych z historii polski w latach 1795—1864. Warszawa, 1956, s. 369 in.)

      14После поражения Пруссии в 1806 г. при Иене Наполеон образовал Варшав­ское княжество, в котором обязательную силу получил Code civil. Формально Ко­декс Наполеона продолжал действовать и в Царстве Польском (см. ibid., s. 374).

      15См.: Сwik W. Pozostalosci feudalne w miastach..., s. 115.

      16См.: Markowcki B. Finanse miast Krolestwa Polskiego. Kielce, 1913, s. 63.

      17Восстание 1830—1831 гг. сыграло из­вестную роль в революционно-освободи­тельном движении польского народа.

      18См.: Sobocincki W. Z dziejow prac kodyfikacyjnych dla Krolestwa Polskie­go i Rosji. Romuald Hube wobec kwestiichlopskiej. — In: Wiek XIX. Prace ofiarowane Stefanowi Kieniewiczowi w 60 rocztiice urodzin. Warszawa, 1967, s. 175.

      19См.: Сwik W. Spory o wlasnoscmiast rzgdowych w Krolestwie Polskim. — Czasopismo Prawno-Historyczne, t. 10, 2, 1959, s. 197—220.

      20См.: Kapuscinski P. Jurysprudencja Senatu z lat dwudziestu szesciu. Warszawa. 1869, s. 306.

      21См.: Mazurkiewicz J. Problematyka miast prywatnych w Ksigstwie Warszawskim i Krolestwie Polskim. — In: VIII Powszechny Zjazd Historykow Polskich. Historia Panstwa i Prawa. Warszawa, 1959.

      22См.: Сwik W. Pozostalosci feudalne w miastach..., s. 167.

      23См.: Siniaiowski J. Uwlaszczenie mieszczan w miastach guberni Kaliskiej. — In: Studie i materialy do dziejow Lodziiokrggu Lodzkiego. — Lodz, 1966, s. 261.

      24См.: Mazurkiewicz J., Сwik W. Wtasnosc w miastach prywatnych Lubelszezyzny doby Ksiestwa Warszawskiego i Krolestwa Kongressowego (1809—1866). — In: Annales Univers. Mariae Curie-Sklodowska, sect. 6, vol. IV, 1, 1957, s. 75.

      25См.: Mazurkiewicz J. Jurydyki lubelskie. Wroclaw, 1956, s. 119—126.

      26См.: Grynwaser H. Kodeks Napoleona w Polsce. Pisma, t, 1. Wroclaw, 1951, s. 146.

      27См.: Smiaiоwski J. Op. cit, s. 262.

      28См.: Sobocinski W. Z badan nad miastami prywatny — mi w Poisce. — Czasopismo Prawno-istoryczne, t. 7. 2, 1955, s. 331.

      29См.: Mazurkiewicz J., Сwik W. Op. cit., s. 80.

      30См.: Сwik W. Sprawa «usamoistnienia» miast w Krolestwie Polskim przed 1864. — In: Annales Univers. Marie Curie-SkJodowska. sect. CL, vol. XX, 8, 1965, s. 129—135.

      31cm. ibid., s. 136—139.

      32См.: Historia panstwa; prawa polskiego. Pod red. J. Bardacha. Warszawa, 1976, s. 501.

      33См.: Mazurkiewicz J., Cwik W, Op. cit., s. 34—39.

      34См. ibid., s. 40—46.

      35См.: Groniowski К. Realizacja reformy uwlaszczeniowej 1864 roku. Warszawa, 1963; Костюшко И. И. Кресть­янская реформа 1864 г. в Царстве Поль­ском. М., 1962.

      36Здесь имеется в виду превращение неполной собственности (dominium utile) в полную собственность капиталистическо­го типа. Во многих городах, особенно ка­зенных, этот вид неограниченной собствен­ности существовал и ранее.

      37См.: Костюшко И. И. Указ, соч., с. 230—231.

      38См.: Сwik W. Pozostalosci feudalnew miastach..., s. 268;

      39Коlоdziejсzуk R. Zarniana miast na osady w Krolestwie Polskim. — Kwartalnik Historyczny, 1961, I, 58, s. 200; Miasta polskie w Tyslaclecrj, t. 1, s. 109.

    Информация обновлена:08.12.2003


    Сопутствующие материалы:
      | Персоны | Книги, статьи, документы 
      

    Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст статьи, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

    Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

    Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
    Rambler's Top100 Яндекс цитирования

    Редакция портала: info@law.edu.ru
    Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
    Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru