Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все статьи/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ


Пиджаков, А. Ю.
Борьба с политическим экстремизмом и
терроризмом :Проблемы изучения /А. Ю. Пиджаков.
//Правоведение. -2003. - № 3 (248). - С. 234
- 244
  • Статья находится в издании «Правоведение :»

  • Материал(ы):
    • Борьба с политическим экстремизмом и терроризмом.
      Пиджаков, А. Ю.

      Пиджаков А. Ю.

      Борьба с политическим экстремизмом и терроризмом: проблемы изучения

      Политический терроризм стал фактором политической жизни, превра­тился в одну из главных угроз безопасности в мире. Убийства государствен­ных деятелей, представителей средств массовой информации, предпринима­телей и финансистов, массовая гибель людей при взрывах на транспорте, на вокзалах, в других общественных местах вызывают у мировой общественнос­ти не только страх, но и требование усилить борьбу против насилия.

      Особую активность политический терроризм проявил в середине XIX в., когда политические покушения следовали одно за другим; в это же время от­четливо проявилась тенденция проведения террористических актов против высоких государственных и политических деятелей, нередко приводившая к массовыми жертвам среди населения. Так, в результате одного из трех поку­шений на Наполеона III, совершенного Ф. Орсини, было убито и ранено 137 (по другим данным — 140) чел.1 В России «охота» народовольцев на Александра II также сопровождалась многочисленными жертвами и закон­чилась общенациональной трагедией.

      Террор стал основным инструментом борьбы революции и контррево­люции в период глубоких социальных потрясений: острота противоречий и уровень политической культуры каждой из противоборствующих сторон предполагали один исход — ликвидацию оппонента.2

      Российские террологи М. Одесский и Д. Фельдман утверждают, что тер­рор как метод управления «открыт» Великой французской революцией и тог­да же получил свое идеологическое обоснование. Сам термин «terreur», т. е. «ужас», «устрашение», вошел в политический лексикон в 1792 г.: революция породила это слово, так как возникло новое явление, которое требовало наи­менования.3 По словам К. Маркса, «французский терроризм был не чем иным, как плебейским способом разделаться с врагами буржуазии, с абсолю­тизмом, феодализмом и мещанством».4

      Важнейшей чертой терроризма как политического феномена является его идеологическое обеспечение. Причем используются как идеи «классичес­кого» анархизма и терроризма XIX в., левацкие и троцкистские концепции, экстремистские теории революции (Добре, Фанон), так и идеи «левого» фрейдизма и экзистенциализма, франкфуртской школы и отчасти теорети­ков «контркультуры», концепции Ф. Ницше, Г. Лебона, А. Дрекслера и др. Идеологи терроризма видят его причины в свойственной человеку тяге к на­силию. Другим источником терроризма считается влияние тоталитарных диктатур.

      В словаре «Политическая криминология» дается такая дефиниция по­литического терроризма: «...совокупность насильственных вооруженных уголовно-наказуемых деяний, совершаемых субъектами политики в целях изменения, прекращения деятельности конституционных органов государ­ственной власти, высших должностных лиц национального или иностранного государства, либо международного сообщества, либо видных политиче­ских деятелей (лидеров политических общественных объединений или меж­дународных организаций), либо изменения внешних или внутренних границ государства в определенном государстве (или группе государств), регионе за определенный период времени. Политический терроризм многолик. Как правило, политический терроризм подразделяют на несколько видов: лево­радикальный (левацкий) терроризм, правоэкстремистский терроризм, наци­оналистический терроризм».5

      Многие ученые рассматривают политический терроризм как особую разновидность властных отношений — фобократию (от греч. phobos — страх, ужас и kratos — сила, власть, господство), крайний вариант военной власти.6 Его непосредственными жертвами становятся военные, политические деяте­ли, но нередко и рядовые граждане. Фобократия оправдывает себя необходи­мостью потрясти до основания общество, разрушить существующую систему как негодную и установить наделяемый идеальными чертами новый строй. Жертвы общества при этом огромны, а успехи «власти страха» мимолетны и эпизодичны, ибо для всех типов политического терроризма характерна подмена целей средствами, которые становятся доминантой деятельности террористов.

      Политический терроризм — это неправовое детище политики. Полити­ка являет собой социальную деятельность в политической сфере общества, направленную главным образом на достижение, удержание, укрепление и ре­ализацию власти; отношения между социальными группами и их лидерами по поводу государственной власти, деятельность в сфере отношений между государствами и их союзами. Но в то же время едва ли политика возможна без насилия.7

      Недооценка активных политических действий обычно ведет к пассив­ному выжиданию, создающему благоприятную обстановку для проявлений неуважения к существующему правопорядку. И наоборот, пренебрежение ко­ренными интересами общества и экономики, вера во всесилие политики, проявляющаяся в субъективизме, произволе, авантюризме, ведет к полити­ческим провалам. И в том и в другом случаях создается почва для проявления политического терроризма, который возникает на фоне умышленного или неумышленного пособничества властей, или когда сами власти скатываются к применению незаконных средств и методов борьбы.

      Современный политический террор представляет собой «акты насилия, совершаемые отдельными лицами, организациями или правительственными органами, направленные на устранение нежелательных государственных или политических деятелей и дестабилизацию государственного правопорядка в целях достижения определенных политических результатов».8

      Необходимо отличать политический терроризм от политического экст­ремизма, — схожего, но не тождественного явления. Понятие экстремизма значительно шире: террористические методы нередко используются экстреми­стскими организациями для осуществления их целей. Истоки экстремизма, так же как и терроризма, коренятся в одних и тех же предпосылках: социаль­но-экономические кризисы, резкое падение жизненного уровня основной массы населения, деформация и кризис самой власти, неспособной решать вопросы общественного развития, тоталитарный характер режимов (в том числе и «псевдодемократических»), подавление властями оппозиции, пре­следование любого инакомыслия, национальный гнет, стремление соци­альных (политических) групп ускорить осуществление выдвигаемых ими за­дач, политические амбиции их лидеров и т. д.

      В политической сфере экстремизм выступает против сложившихся го­сударственных, общественных институтов и структур, стремясь подорвать их стабильность, расшатать и низвергнуть ради достижения своих целей, как правило, силовыми методами. Для этого используются зажигательные лозун­ги и призывы, откровенная демагогия и организованные беспорядки, забас­товки, гражданское неповиновение, террористические акты, методы парти­занской войны и т. п. При этом экстремисты отрицают саму возможность каких-либо компромиссов, переговоров, соглашений, основанных на взаим­ных уступках. В своих действиях экстремисты руководствуются лозунгом «всё или ничего».

      Идеология экстремизма отрицает инакомыслие, жестко утверждает соб­ственную систему политических, идеологических, религиозных взглядов. От своих сторонников экстремисты требуют слепого повиновения и исполне­ния любых, даже самых абсурдных приказов и инструкций. Аргументация экстремизма обращена не к разуму, а к предрассудкам и чувствам людей. До­веденная до крайности, идеологизация экстремистских действий создает особый тип сторонников экстремизма, склонных к самовозбуждению, поте­ре контроля над своим поведением, готовых на любые акции, на нарушение норм, сложившихся в обществе. Для экстремистов характерно стремление к охлократии, господству «толпы»; они отвергают демократические методы разрешения возникающих конфликтов. Экстремизм неотделим от тоталита­ризма, культа вождей — носителей высшей мудрости, чьи идеи должны вос­приниматься массами исключительно на веру.

      Массовую базу экстремизма, как правило, составляют выходцы из мел­кобуржуазных и маргинальных слоев, а также часть интеллигенции, отдель­ные группы военных, студенчества, националистические и религиозные дви­жения, разочаровавшиеся в существующих порядках.

      Из многочисленных форм экстремизма следует выделить экстремизм политический. Он направлен на уничтожение существующих государствен­ных структур и установление диктатуры тоталитарного «порядка» «левого» или «правого» толка. Политический экстремизм — это в целом антиконсти­туционная деятельность. Он опасен, в первую очередь, для самой государ­ственности. Его конечной целью является приобретение власти, необходи­мой «для установления режима монопольного правления силы, которая генетически не терпит никакой оппозиции и будет подавлять мешающих ей "оппонентов" посредством неправового насилия».9

      Политический экстремизм — сложнейший социально-политический феномен, сопровождающий человечество на протяжении веков. В современ­ных условиях в связи с усилением противоречий в обществе, кризисным состоянием общественных отношений происходит резкая активизация поли­тического противоборства, использование в практике разрешения полити­ческих конфликтов, наряду с цивилизованными, правовыми методами, ан­тиконституционных форм политической борьбы. Политический экстремизм сегодня переходит в ряд явлений, представляющих реальную угрозу нацио­нальной безопасности России, жизненно важным интересам личности, об­щества и государства. В настоящее время системный характер приобретают такие действия экстремистов, как террористические акты, призывы к на­сильственному захвату власти, угрозы государственным и общественным де­ятелям, политическим лидерам и активистам, захваты заложников, блокиро­вание административных зданий и учреждений, пикетирование и обстрел иностранных представительств, массовые беспорядки и другие акты наси­лия. Возникновение и активная деятельность незаконных вооруженных фор­мирований, проведение террористами широкомасштабных боевых операций в Буденновске и Кизляре, осуществление целой серии террористических ак­ций, в том числе с использованием взрывных устройств, показали, что важ­нейшими объектами политического экстремизма стали конституционные права личности, жизнь, здоровье и свобода людей.

      Некоторые авторы отдельно выделяют криминальный политический экстремизм, т. е. применение насилия со стороны субъектов политики для достижения их политических целей или обеспечения их деятельности как во внешней, так и во внутренней политике. Во внешней политике криминаль­ный политический экстремизм проявляется через международную полити­ческую преступность и международный политический терроризм; во внут­ренней — в форме тоталитарной преступности, внутригосударственного политического терроризма, бунтовской преступности, политического банди­тизма, политического рэкета, политического вандализма.10

      Большую опасность политический экстремизм представляет в сфере межнациональных и религиозных отношений. Вооруженные конфликты, во­енные действия, возникающие на южном участке границ России, влияние исламского фундаментализма дают мощный импульс развитию политичес­кого экстремизма, совершаемого на этноконфессиональной основе, создают угрозу территориальной целостности России, ее конституционному строю.

      Политический экстремизм — явление международного масштаба. Среди известных своей активностью экстремистских организаций левой ориентации за рубежом имеются такие, как «Красные бригады» (Италия), «Фракция Красной армии» — РАФ (ФРГ), «Аксьон директ» (Франция), ЭТА (Испания) и другие. К правым относятся «Национал-социалистичес­кий фронт действий» (ФРГ), «Группа Пайпера» (Италия), «Партия новых сил» (Франция), «Международная лига победы над коммунизмом» (Япо­ния) и др. Несмотря на различие их идейных платформ, формы и методы экстремистской деятельности этих организаций схожи.

      Вышедший за рамки государственных границ и поддерживаемый сис­темой широких организационных связей, политический экстремизм пред­ставляет угрозу для субъектов международных отношений, политики мир­ного сотрудничества государств, международной безопасности в целом, поэтому борьба с ним является не только государственной, но и междуна­родной проблемой.

      Политический экстремизм относится к наиболее многоплановым проблемам в современной политологии и политической социоло­гии. В последние годы активно проходят научные дебаты относительно его сущности и содержания, связи с другими явлениями общественной жизни.

      В философской и политической литературе отсутствует общепринятое строгое определение политического экстремизма. Толкование его чрезвычай­но широко и зачастую объединяет разнородные явления: от разнообразных форм классовой и освободительной борьбы, сопровождающейся применени­ем политического насилия, до преступлений, совершаемых безответственны­ми полууголовными элементами, политическими проходимцами или наемны­ми агентами и провокаторами. Политический экстремизм часто понимается и как политическая установка (или позиция), отвергающая компромиссы с противодействующей стороной и отражающая наиболее агрессивные уста­новки субъекта; и как разновидность существующих политических течений, находящихся на крайне левых или крайне правых политических позициях; и как метод политической борьбы, отвергающий согласование и сотрудниче­ство с политическими оппонентами или противниками; и как негативный социальный протест, возникающий на уровнях — общество, классы, отдель­ные общественные слои, этнонациональные и профессиональные группы в различных территориальных пределах и на различной идейно-психологичес­кой и политической основах.

      Специальные работы, посвященные непосредственно политическому экстремизму, весьма немногочисленны. Данное явление еще не стало предме­том комплексного научного осмысления. До середины 1980-х годов в СССР тема политического экстремизма не подвергалась какому-либо анализу при­менительно к внутренней ситуации в виду неактуальности самой проблемы. Изучение же зарубежного материала носило преимущественно узкий харак­тер в силу существенных идеологических затруднений, что делало их в боль­шей степени публицистическими, нежели строго научными, содержащими конструктивный анализ явления политического экстремизма.

      Многие исследователи, занимавшиеся проблемой политического эк­стремизма, отмечают большие трудности, связанные с выработкой адекват­ного теоретического определения данного явления, что объясняется, во-первых, сложностью самого феномена: исторической изменчивостью и многочисленностью вариантов комбинаций по линии субъект-объект; во-вторых, идеологической насыщенностью, идейно-политическими и соци­ально-философскими установками и предпочтениями исследователя, опре­деленной тенденциозностью и идейно-политической ангажированностью в трактовке этого понятия; в-третьих, релятивностью, возможностью ин­версии исследуемого понятия; наконец, в-четвертых, присутствием нрав­ственного критерия, морального компонента. Политический экстремизм — понятие аксиологическое, оно не только отражает определенный тип дея­тельности политических субъектов, но и содержит его сугубо негативную оценку, подчеркивает деструктивность и отождествление со злом в его со­циально-политическом измерении. Естественно, что каждый исследова­тель оставляет за собой право на собственное этическое истолкование фак­тов политической жизни.

      В связи с многообразием толкований некоторые исследователи предла­гают рассматривать понятие «политический экстремизм» в узком и широком смыслах. Для характеристики текущего момента часто достаточно узкой трактовки политического экстремизма как незаконной деятельности поли­тических движений и партий, а также должностных лиц и рядовых граждан, направленной на насильственное изменение существующего государствен­ного строя и на разжигание национальной и социальной розни.

      Для политического экстремизма в таком понимании характерны следу­ющие черты: нелегитимная политическая деятельность, прежде всего неза­конное насилие; крайние формы национализма, расизма или социально-классового антагонизма; простота и общедоступность идеологии, умение предложить «простые» способы и пути решения сложнейших проблем обще­ственной жизни и убедить массы в возможности их успешного осуществле­ния на практике.

      Широкое толкование понятия «политический экстремизм» основано на общеязыковом употреблении слова «экстремизм» (от лат. extremus — край­ний): приверженность к крайним мерам, действиям, взглядам, решениям. Расширительная трактовка политического экстремизма означает его харак­теристику как всеохватывающего, исторически изменяющегося социально-политического явления, представляющего собой систему идеологических положений и установок, а также практических действий, для которых харак­терно использование насилия или угрозы его применения по отношению к органам власти и управления, противостоящих политическим образова­ниям, международным и национальным организациям, отдельным гражда­нам, населению страны или региона в целях принуждения государственных и политических структур к совершению выгодных экстремистским силам действий.

      Под политическим экстремизмом понимается такая активность поли­тических субъектов, которая выражается в стремлении определенных поли­тически активных индивидов, общественных групп, властвующих элит и контрэлит воплотить в жизнь свои политические идеалы и реализовать по­ставленные задачи всеми доступными средствами, включая различные фор­мы насильственного воздействия, направленные на государственную власть, общество в целом или на какие-либо его элементы, международные органи­зации, а также обосновывающие и оправдывающие это насилие идеологии.

      В Шанхайской конвенции о борьбе с терроризмом, сепаратизмом и эк­стремизмом от 15 июня 2001 г. как экстремизм расценивается «...какое-либо деяние, направленное на насильственный захват власти или насильственное удержание власти, а также на насильственное изменение конституционного строя государства, а равно насильственное посягательство на общественную безопасность, в том числе организация в вышеуказанных целях незаконных вооруженных формирований или участие в них».11

      До 2002 г. в российском законодательстве не было определения экст­ремизма. В утвержденной Указом Президента РФ от 10 января 2000 г. Кон­цепции национальной безопасности Российской Федерации особо подчер­кивалось, что во внутриполитической сфере России приоритеты состоят в «сохранении стабильности конституционного строя, институтов государ­ственной власти, в обеспечении гражданского мира и национального согла­сия, территориальной целостности, единства правового пространства, право­порядка и в завершении процесса становления демократического общества, а также в нейтрализации причин и условий, способствующих возникновению политического и религиозного экстремизма, этносепаратизма и их послед­ствий, — социальных, межэтнических и религиозных конфликтов».12 Однако до настоящего времени феномен экстремизма не получил в российском зако­нодательстве должной правовой оценки. Не случайно проблема дефиниции терроризма в юридической науке часто увязывается с отсутствием четкого на­учно обоснованного разграничения экстремизма и терроризма.

      Невозможно построить механизм защиты от террористической опас­ности, не изучив ее природы, генезиса. Для того чтобы эффективно проти­водействовать терроризму, предупреждать его акции, нужно выявить, тща­тельно проанализировать и уяснить первопричины терроризма.

      По мнению большинства исследователей, политический экстремизм — исторически и социально обусловленное явление, его появление и воспроизвод­ство вызвано совокупностью объективных и субъективных причин социаль­ного, экономического, национального, идеологического, психологического характера. Применительно к российской ситуации наиболее существенными называются такие причины, как распад единого государства и усиление сепа­ратизма и национализма; глубокий системный кризис, охвативший все сферы жизни, и как следствие — ухудшение социально-экономического положения населения, увеличение доли маргинализированных и люмпенизированных слоев общества, нарастание социального напряжения в обществе; борьба за власть политических партий и движений; криминализация общества и поли­тизация уголовной преступности; правовой нигилизм граждан.13

      По мнению зарубежных исследователей, политический терроризм стал явлением политической жизни в конце 60-х — начале 70-х годов XX в.14 В отечественной науке появление политического терроризма датируется пер­вой четвертью XIX в.15

      Представляет интерес проведенное М. Ф. Одесским и Д. М. Фельдма­ном исследование «Поэтика террора»,16 в котором убедительно доказывает­ся, что термин «террор» пришел в Россию из Франции.

      В последние годы за рубежом издаются работы о международном терро­ризме.17

      Российскими учеными исследована роль мирового сообщества в борьбе с терроризмом в конце XIX столетия,18 его первые попытки совместно про­тивостоять нарастающей угрозе. Эта роль оценена исследователями положи­тельно: активизация антитеррористических усилий европейских государств способствовала тому, что терроризм в России пошел на убыль.

      В конце 1990-х годов проблема терроризма рассматривалась преимуще­ственно в историческом аспекте: его место в российском освободительном движении второй половины XIX— начала XX в.; политический терроризм партии социалистов-революционеров начала XX в.; противостояние терро­ризму административно-полицейских органов царской России.19

      Очередная волна террора в России поднялась после Октября 1917г. Ру­ководство страны не отказалось от террористических методов, активно эксп­луатировавшихся в целях борьбы за власть, и после прекращения гражданс­кой войны. Уже с конца 1920-х годов террор активно использовался как средство укрепления и централизации государственной власти. Исследова­нию этого явления, особенно в 1990-е годы, посвящено несколько работ.20 Однако, ряд авторов, признавая факт проводившихся в предвоенном Советс­ком Союзе акций государственного терроризма, не учитывают атмосферу противодействия фашизму. Более того, некоторые исследователи пытаются поставить знак равенства между понятиями «социализм» и «фашизм».21 По­добная поверхностность анализа либо политическая ангажированность не­которых исследователей приводит к уравниванию совершенно несовмести­мых понятий. Так, в одной из работ лидерами «красно-коричневых деспотий» названы Иосиф Сталин, Адольф Гитлер и Пол Пот.22 С началом в сентябре 1939 г. Второй мировой войны масштабы политических репрессий в СССР резко уменьшились. В военное и послевоенное время в стране обозначились два региона, где активно проявился политический терроризм — Прибалтика и Западная Украина.23

      К началу 1950-х годов терроризм как один из самых эффективных инст­рументов организованной политической борьбы с существующим строем в СССР утратил свое значение, так как и сами организационные структуры сепаратистского терроризма были к этому времени ликвидированы. Можно утверждать, что с середины 50-х до конца 80-х годов XX в. терроризм как системное социально-политическое явление исчез из жизни государства и общества. Но были и исключения. Ярким примером применения полити­чески мотивированного насилия может служить серия взрывов, осуществ­ленных в конце 1978 г. в Москве членами нелегальной партии «Дашнакцутюн» Затикяном, Степаняном и Багдасаряном, боровшихся, по их словам, «против советского строя».24 Несмотря на проявления терроризма и прове­дение террористических акций в СССР, рассматриваемая проблема практи­чески не подвергалась исследованию отечественными учеными. Отдельные работы советского периода не выходили за рамки очерченного моноидео­логией круга проблем, в которых терроризм рассматривался как социаль­ное явление, присущее буржуазному обществу и выступающее в качестве их политического оружия.25 Ослабление тотального государственного контро­ля в России и СССР в конце 50-х — начале 60-х годов XX в. обусловило вос­производство преступности по общемировым законам и появление в ней актов терроризма со стороны населения против правящей верхушки. С раз­валом СССР и коренными преобразованиями во многих сферах жизнедея­тельности общества терроризм распространился на все посткоммунисти­ческое пространство. В связи с этим проблема терроризма стала предметом исследования отечественных ученых.26 При всей объективной сложности проведения исследований в данной сфере неизбежно возникают дополни­тельные трудности: терроризм как явление исследовался в различных ас­пектах — философском, политическом, историческом, психологическом, правовом, публицистическом и многих других, и все исследователи рас­сматривали это явление со своих позиций, давая понятию «терроризм» соб­ственную интерпретацию. Поэтому в литературе возобладало не столько правовое, сколько обыденное его понимание, которое нашло закрепление и в ряде международных документов.27

      Многие авторы, выходя за рамки собственно права, относят к терроризму, с одной стороны, бандитизм, заказные убийства, хулиганство, заговор с целью захвата власти, военные мятежи, уличные беспорядки и причинении телесных повреждений — т. е. все то, что вообще связано с насилием,28 с другой стороны, террористические акты отнесены ими к разновидности бандитизма, наряду с коррупционными деяниями и вышеуказанными преступными посягательствами.29. На этом фоне и в юридической литературе порог возникают терминологические неточности, в силу чего одни исследователе не усматривают разницы между терроризмом и агрессией,30 другие — между терроризмом и пиратством,31 третьи — между терроризмом и террором, от­нося к проявлениям терроризма диктаторские и фашистские режимы, рели­гиозные и гражданские войны и т. п.32

      В настоящее время существуют два основных направления в исследо­вании указанной проблематики. Первое направление связано с исследова­нием терроризма как международно-правовой категории политического ха­рактера. В силу известных причин оно было господствующим в нашей правовой литературе вплоть до начала 90-х годов XX века. Наиболее замет­ные разработки в этом направлении сделаны в научных трудах Н. С. Бег­ловой, В. И. Блищенко, И. П. Блищенко, Т. С. Бояр-Созонович, Л. Н. Га-ленской, Н. В. Жданова, И. И. Карпеца, Е. Г. Ляхова, С. А. Малинина, Л. А. Моджорян, Ю. А. Решетова, И. Е. Тарханова и других ученых. Послед­ние годы отмечены появлением научных исследований другого направ­ления, рассматривающих проблему терроризма сугубо с уголовно-право­вых и криминологических позиций. Наиболее обстоятельные разработки в этом направлении осуществлены Ю. М. Антоняном, В. П. Емельяновым, М. П. Киреевым, В. С. Комиссаровым, В. В. Лунеевым, Г. М. Миньковским, A. В. Наумовым, В. Е. Петрищевым, Ю. С. Ромашевым, К. Н. Салимовым, B. В. Устиновым и многими другими.33

      Среди недавних работ юристов-международников можно отметить док­торскую диссертацию Н. И. Костенко, один из разделов которой посвящен исследованию понятия преступления международного терроризма и его ква­лифицирующим признакам.34

      Второе направление связано с изучением современного политическо­го экстремизма и терроризма в России. Его изучают отечественные уче­ные многих научных специальностей — юристы, историки, социологи, политологи, философы; этой теме посвящен ряд монографий, брошюр, на­учных статей,35 диссертационных исследований36 и многочисленные работы автора данной статьи.37

       

      А. Ю. Пиджаков, кандидат юрид. наук,

      доктор истор. наук, профессор,

      зав. ка­федрой Санкт-Петербургского

      го­сударственного морского техни­ческого университета.

      © А. Ю. Пиджаков, 2003

       

      1 Витюк В. В., Эфиров С. А. «Левый» терроризм на Западе: история и современность. М., 1987. С. 19-20.

      2 Политология: Энциклопедический словарь / Авт. кол.: Ю. И. Аверьянов, С. Г. Айвазов, Т. А. Алексеева и др. М., 1993. С. 372-373.

      3 ДукнотЛ. Машина терроризма. Париж, 1978. С. 6.

      4 Маркс К., Энгельс Ф. Собр. соч. 2-е изд. Т. 6. С. 114.

      5 Кабанов П. А., Мулюков Ш. М. Политическая криминология: Словарь. Киров, 2001. С. 71-72.

      6 Политология вчера и сегодня. Вып. 2. М., 1990. С. 58—59.

      7 Психология господства и подчинения / Сост. А. Г. Чернявская. Минск, 1998. С. 63.

      8 Моджорян Л. А. Терроризм: правда и вымысел. М., 1983. С. 14.

      9 Российская газета. 1998. 30 дек. 1 Кабанов П. А., Мулюков Ш. М. Политическая криминология. С. 32-33.

      11 Цит. по: Устинов В. Экстремизм и терроризм. Проблемы разграничения и класси­фикации // Российская юстиция. 2002. № 5. С. 34.

      12 Цит. по: Устинов В. Экстремизм и терроризм. Проблемы разграничения и класси­фикации. С. 34.

      13 Петрищев В. Е. Заметки о терроризме. М., 2001. С. 64; Бурлаков В. Н., Волков Ю. Н., Сальников В. П. Политический режим и преступность: Проблемы политической криминоло­гии. СПб., 2001. С. 358.

      14 См., напр.: International Terrorism as a Political Weapon / Norw. Atlant. Comm. Oslo, 1988; Terrorism and political violence: limits and possibilities of legal control / Ed. Н. Н. Han. New York; Rome, 1993; и Яр.

      15 См., напр.: Нечипоренко О. М. Истоки и специфика российского политического тер­роризма//Актуальные проблемы Европы. 1997. №4. С. 165-172.

      16 Одесский М. Ф., Фельдман Д. М. Поэтика террора. М., 1997.

      17 A history of terrorism/ Ed. W. Laquer. New Bruswicr (N. J.), 2001; Aviation terrorism and security/ Eds. P. Wilkinson, B.-M. Jenkins. [S. 1.], 1999; The globalization of terrorism/ Ihekwoaba D. Onwudive. Aldershot (Engl.); Burlington (Vt), 2001; Toxic terror— assessing terrorist use of chemical and biological weapons / Ed. J.-B. Tucker. Cambridge, 2000.

      18 См., напр.: Чиркии В.А. Международное сотрудничество правоохранительных ор­ганов в борьбе с анархо-терроризмом в дореволюционный период // Проблемы борьбы с тер­роризмом на современном этапе. Владимир, 1996.

      19 Будницкий О. В. Терроризм в российском освободительном движении: Идеология, этика, психология: вторая половина XIX — начало XX в.: Дис. ...докт. истор. наук. М., 1998; Куканов А. В. Государственная власть и политический терроризм партии и социалистов-ре­волюционеров (1900—1905 гг.): Дис. ...канд. истор. наук. СПб., 1997; Трошин Н. В. Админис­тративно-полицейские органы царской России в борьбе с экстремизмом и террором во вто­рой половине XIX — начале XX в.: Дис. ...канд. истор. наук. Владимир, 2000.

      20 Зенькович Н. Вожди на мушке: теракты и инсценировки. Минск, 1996; Стецовский Ю. И. История советских репрессий: В 2 т. М., 1997; Судоплатов П. А. Разведка и Кремль. М., 1996; и др.

      21 См., напр.: Нечипоренко О. М. Состояние и перспективы развития терроризма на рубеже XX века // Анализ систем на пороге XXI века: теория и практика: Материалы Междунар. конф. Москва, 27-29 февр. 1996 / Под ред. Г. Н. Жолобовой. Т. 4. М., 1997. С. 439.

      22 Антонян Ю. М. Терроризм: Криминологическое и уголовно-правовое исследование. М., 1998. С. 135.

      23 См., напр.: Беляев В. П. Я обвиняю! 2-е изд. М., 1984. С. 222.

      24 Бобков Ф. Д. Кремль и власть. М., 1995. С. 290.

      25 Афанасьев Н. Н. Операция «Пегас»: Терроризм и агрессия в арсенале империализ­ма. М., 1987; Большаков В. В. Терроризм по-американски. М., 1983; Ковалев Э. В., Малы­шев В. В. Террор: вдохновители и исполнители. М., 1984; Моджорян Л. А. Терроризм: правда и вымысел. 2-е изд. М., 1986; Тагер Е. М. Терроризм — орудие империализма. М., 1983; и др.

      26 Антипенко В. Ф. Борьба с современным терроризмом: Международно-правовые подходы. Киев, 2002; Антонян Ю. М. Терроризм: Криминологическое и уголовно-правовое исследование; Атливанников Ю. Л., Энтин М. Л. Международная борьба с терроризмом (пра­вовые аспекты): Научно-аналит. обзор. М., 1988; Бастрыкин А. И. Международное право в борьбе с терроризмом. Л., 1990; Блищенко И. П., Жданов Н. В. Терроризм и международ­ное право. М., 1984; Будницкий О. В. Терроризм в российском освободительном движении: идеология, этика, психология: Вторая половина XIX — начало XX в. М., 2000; Витюк В. В., Эфиров С. А. «Левый» терроризм на Западе: история и современность; Емельянов В. П. Тер­роризм и преступления террористической направленности. Харьков, 1997; Замковский В. И., Ильчиков К. М. Терроризм — глобальная проблема современности. М., 1996; Ляхов Е. Г. Тер­роризм и межгосударственные отношения. М., 1991; Ляхов Е. Г., Попов А. В. Терроризм: на­циональный, региональный и международный контроль. Ростов-н/Д., 1999; Морозов Г. И. Терроризм — преступление против человечества. М., 1997; Овчинникова Г. В. Терроризм. СПб., 1998; Орешкина Т. Ю. Современный терроризм и борьба в ним. М., 1993; Примаков Е. М. Мир после 11 сентября. М., 2002; Салимое К. Н. Современные проблемы терроризма. М, 1999; ТрайнинА. Н. Терроризм в качестве интернационального преступления. М., 1969; Устинов В. В. Международный опыт борьбы с терроризмом: стандарты и практика. М., 2002; Хлобустов О. М. Терроризм в современной России. М., 1996; и др.

      27 См., напр.: Емельянов В. П. Терроризм и преступления с признаками терроризиро­вания: уголовно-правовое исследование. СПб. С. 10.

      28 См., напр.: Ковалев Э. В., Малышев В. В. 1) Террор: вдохновители и исполнители. Очерки подрывной деятельности ЦРУ в Западной Европе. М., 1984; 2) За кулисами террора. М., 1985; Эфиров С. А. Покушение на будущее. Логика и футурология «левого» экстремизма. М., 1984; История терроризма в России в документах, биографиях, исследованиях/Авт.-сост. О. В. Будницкий. Ростов н/Д., 1996.

      29 Раззаков Ф. И. Бандиты времен капитализма (Хроника российской преступности 1992-1995 гг.). М., 1996.

      30 Ляхов Е. Г. Политика терроризма — политика насилия и агрессии. М., 1987.

      31 Моджорян Л. А. Терроризм на море: Борьба государств за безопасность морского судоходства. М., 1991. С. 37.

      32 Антипенко В. Ф. Современный терроризм: состояние и возможности его упрежде­ния (криминологическое исследование). Киев, 1998. С. 15—38.

      33 См. подробнее: Емельянов В. П. Терроризм и преступления с признаками террори­зирования: уголовно-правовое исследование. СПб., 2002. С. 15.

      34 Костенко Н, И. Теоретические проблемы становления и развития международной уголовной юстиции: Автореф. дис. ...докт. юрид. наук. М., 2002. С. 35.

      35 Бондаревский В. П. Политический экстремизм // Социально-политическое взаимо­действие на территории: механизмы, трансформации, регулирование. М., 1999; Верховский А., Папп А., Прибыловский В. Политический экстремизм в России. М., 1996; Колесников А. Усколь­зающее уродство: Правовая база для борьбы с политическим экстремизмом в России уже су­ществует//Диагноз. 1999. № 4. С. 4—5; Кононов А. И., Романов Н. А. Общая характеристика политического экстремизма в современных условиях. М., 1994; Краснов М. Политический экстремизм — угроза государственности// Российская юстиция. 1999. № 4. С. 4—7; Лаза­рев Н. Я. Терроризм как тип политического поведения // Социс. 1993. № 8; Лапаева В. В. Роль права в борьбе с политическим экстремизмом// Законодательство и экономика. 1998. № 6. С. 8—15; МартыненкоБ. К. Политический терроризм: понятие, признаки, классификация// Северо-Кавказский Юридический вестник. 1999. № 1. С. 64—79; Романов Н. А. Сущность и со­держание политического экстремизма. М., 1991; Сазонов И. А. Политический экстремизм и проблема его категориального осмысления// Вестник Московского университета. Сер. 12.: Политические науки. 2000. № 2. С. 107—116; Противодействие политическому экстремизму: теория и судебно-следственная практика// Российская юстиция. 2000. № 1. С. 11 — 14; и др.

      36 Грачев С. И. Международный терроризм в 1970-1990-х гг.: исторический и социаль­но-политический аспекты: Дис. ...канд. истор. наук. Н. Новгород, 1996; Каратуева Е. Н. Политический терроризм: теория и практика: Дис. ...канд. политолог, наук. М., 2000; Куд­рина Н. Н. Политический терроризм: сущность, формы проявления, методы противодей­ствия: Дис. ...канд. политолог, наук. М., 2000; Манацков И. В. Политический терроризм: региональный аспект: Дис. ...канд. филос. наук. Ростов-н/Д., 1998; Мартыненко Б. К. Теоре­тико-правовые вопросы политического терроризма: Дис. ...канд. юрид. наук. Ростов-н/Д., 1999; Эпштейн В. А. Политический терроризм как феномен современного общества: Дис. ...канд. социолог, наук. Казань, 1998.

      37 См.: Пиджаков А. Ю. 1) Борьба с политическим терроризмом и экстремизмом (меж­дународно- и национально-правовые проблемы). СПб., 2003; 2) Международно-правовое ре­гулирование борьбы с современным терроризмом. СПб., 2001; 3) Политический терроризм в России (историко-правовые аспекты) // КЛИО. 2001. № 1. С. 119-125; 4) Международно-правовые основы противодействия терроризму и политическому экстремизму // Проблемы международной и национальной безопасности: Сб. науч. тр. СПб., 2001. С. 70-80; 5) О роли МВД в борьбе с терроризмом // Закон и армия. 2002. № 3; 6) Политический экстремизм в Рос­сии — угроза современному патриотизму // Материалы межвузовской науч.-практ. конферен­ции «Современный патриотизм: борьба идей и проблемы формирования». 5 февраля 2002 г. СПб., 2002. С. 83—85; 7) Политический экстремизм и терроризм в России: историография про­блемы // Россия и мир. Гуманитарные проблемы.: Межвуз. сб. науч. трудов. Вып. 5. СПб., 2002; 8) Политическое сознание и политический терроризм: проблемы взаимосвязи // Политическая культура России: история, современное состояние, тенденции, перспективы: Сб. на­уч. тр. СПб., 2001. С. 123—135; 9) Правовое регулирование борьбы с международным терро­ризмом: Учеб. пособие. СПб., 2002; 10) Проблема борьбы с политическим терроризмом в ис­тории отечественного государства и права // Материалы международной конференции «Акту­альные проблемы истории государства и права, политических и правовых учений». Самара. 14—15 мая 2001 г. Самара, 2001. С. 185—187; 11) Проблемы борьбы с политическим терроризмом и эк­стремизмом в России и за рубежом // Россия и мир. Гуманитарные проблемы: Межвуз. сб. науч. тр. Вып. 3. СПб., 2001. С. 118-124; 12) Проблемы эффективности участия Интерпола и Европола в борьбе с международным политическим терроризмом // Юридическая мысль. 2001. № 5. С. 78-84; 13) Сущность и разновидности политического насилия // Credo new. 2002. № 2. С. 48—76; 14) ФСБ РФ в борьбе с терроризмом и экстремизмом // Закон и армия. 2002. № 2. С. 19—21; 15) ФСБ РФ в борьбе с терроризмом и экстремизмом // Научные труды Российской академии юридических наук. Вып. 2. Т. 1. М., 2002. С. 592-595.

       

    Информация обновлена:14.01.2004


    Сопутствующие материалы:
      | Персоны | Книги, статьи, документы 
      

    Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст статьи, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

    Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх

    Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100
    Rambler's Top100 Яндекс цитирования

    Редакция портала: info@law.edu.ru
    Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
    Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru