Учиться в России!
Регистрация »» // Логин:  пароль:

Федеральный правовой портал (v.3.2)
ПОИСК
+ подробный поиск
Подняться выше » Главная/Все книги/

Источник: Электронный каталог отраслевого отдела по направлению «Юриспруденция»
(библиотеки юридического факультета) Научной библиотеки им. М. Горького СПбГУ

Деление права на публичное и частное :

АР
Д695 Дорохин, С. В. (Сергей Викторович).
Деление права на публичное и частное :Конституционно-
правовой аспект : Автореферат диссертации на соискание
ученой степени кандидата юридических наук. Специальность:
12.00.02 - Конституционное право ; Муниципальное право /В.
Н. Михайленко ; Науч. рук. Е. А. Лукьянова. -М.,2002. -25 с
.-Библиогр. : с. 25.3. ссылок
Материал(ы):
  • Деление права на публичное и частное.
    Дорохин, С. В.

    Дорохин С. В.

    Деление права на публичное и частное :Конституционно-правовой аспект : Автореферат диссертации на соискание ученой степени кандидата юридических наук

    Общая характеристика работы

    Актуальность темы исследования. Итогом фундаментальных изменений общественных отношений, произошедших в России в конце 80-х - начале 90-х годов XX века, связанных со сменой общественного строя и пересмотром приоритетов в деятельности государства, стала кардинальная перестройка всей правовой системы Российской Федерации. Провозглашение свободы личности, частной собственности и рыночной экономики повлекло за собой стремительное ослабление влияния государства на регулирование целого ряда сторон жизнедеятельности общества и потребовало применения новых методов и способов правового регулирования. Объективным следствием этого процесса стал отказ от социалистической модели права, реинтеграция России в романо-германскую правовую семью и ревизия теории деления права на публичное и частное со свойственным каждому из них механизмом воздействия на общественные отношения. В рамках этой теории правовыми средствами решается вопрос взаимоотношений личности и государства, осуществляется поиск путей согласования неизменно существующих в жизни коллизий между коллективным и частным началами, между требованиями социальной стабильности и свободой устремлений индивида.

    В настоящее время проблема деления права на публичное и частное приобретает все большее теоретическое и практическое значение. Она возникает при классификации действующего законодательства, в ходе теоретических исследований, имеющих целью совершенствование правового регулирования, при толковании правовых норм. На теории деления права основываются некоторые правоприменительные акты, в том числе акты Конституционного Суда Российской Федерации[1]. Вместе с тем отсутствие достаточной разработанности данной темы в отечественной правовой доктрине порождает неопределенность в вопросах о разграничении публичного и частного права, об адекватном применении и одного, и другого, а также об установлении между ними оптимального соотношения и взаимодействия.

    Регулируя важнейшие отношения в обществе, конституционное право играет определяющую роль в преобразованиях, происходящих в Российской Федерации.

    3

    Поскольку его предметом являются отношения народовластия, конституционное право распространяет свое действие на общественные отношения по поводу определения территориальных, социальных, политических и экономических условий осуществления государственной власти, а также на общественные отношения, складывающиеся в процессе осуществления непосредственной и представительной демократии.

    Актуализация концепции деления права на публичное и частное требует определения места конституционного права в новой системе юридических координат. Опираясь на специфику предмета правового регулирования конституционного права, в правовой доктрине длительное время превалировала точка зрения об исключительно публично-правовом характере этой отрасли. Однако изменения, произошедшие в российской правовой системе за последнее время, заставляют усомниться в правильности такой позиции.

    Современная тенденция развития конституционного права позволяет говорить о его сближении с правом частным. Данная тенденция проявляется в расширении предмета правового регулирования конституционного права, в превращении его в отрасль, имеющую значительно большее, нежели в предыдущие годы, практическое применение и, вследствие этого, вторгающуюся во все более широкий круг общественных отношений. Об этой тенденции также свидетельствует факт возникновения принципиально новых общественных отношений, требующих нормативного регулирования, как со стороны конституционного права, так и со стороны отраслей частного права. Тенденция сближения конституционного и частного права становится особенно заметной в связи с внедрением в практику конституционного права договорного способа регулирования общественных отношений. По этим причинам восприятие конституционного права лишь как части права публичного уже не соответствует реалиям современного развития этой отрасли.

    В данных условиях теория деления права на публичное и частное приобретает все большее научное и практическое значение для конституционного права Российской Федерации. Установление с ее помощью элементов публичного и частного права, выявление их взаимосвязей и проецирование полученных выводов на конституционное право, способно сформировать новый взгляд на современные проблемы этой отрасли и дать новый вектор ее развития.

    Указанные соображения, а также существующая неясность в вопросах о критериях разделения права на публичное и частное вообще, и о соотношении элементов публичного и частного права в российском конституционном праве в частности, послужили

    4

    основанием для проведения исследования конституционно-правового аспекта теории деления права на публичное и частное.

    Степень научной разработанности проблемы. В российской юридической литературе отсутствуют исследования, которые были бы специально посвящены рассмотрению конституционно-правового аспекта теории деления права на публичное и частное. Однако российской юридической наукой осуществлялась разработка различных вопросов, имеющих определенное методологическое значение для понимания и анализа рассматриваемой проблематики.

    В числе наиболее важных исследований, посвященных проблеме поиска границы между публичным и частным правом, следует отметить работы Н.П. Асланян, М.И. Брагинского, Ю.С. Гамбарова, К.Д. Кавелина, Ф.Ф. Кокошкина, С.А. Муромцева, И.А. Покровского, Ф.В. Тарановского, Е.Н. Трубецкого, Б.Б. Черепахина, Г.Ф. Шершеневича.

    Отдельные вопросы, касающиеся положения современного конституционного права Российской Федерации в системе деления права на публичное и частное, были отражены в работах Е.И. Колюшина, О.Е. Кутафина, Ю.А. Тихомирова.

    Автором также использованы исследования советских и российских юристов, посвященные различным аспектам теории конституционного права, имеющим значение для рассматриваемой проблематики. Среди них следует отметить работы С.А. Авакьяна, М.В. Баглая, Г.С. Гурвича, М.В. Золотаревой, Т.Д. Зражевской, М.Г. Кириченко, Е.И. Козловой, В.Ф. Котока, С.С. Кравчука, А.И. Лепешкина, Е.А. Лукьяновой, В.О. Лучина, А.Х. Махненко, B.C. Основина, С.М. Равина, С.И. Раевича, С.С. Студеникина, В.А. Тархова, И.П. Трайнина, Я.Н. Уманского, В.Е. Чиркина, Б.В. Щетинина, Л.С Явича.

    Цель диссертационного исследования состоит в том, чтобы путем анализа выдвинутых в различное время научных гипотез и их сопоставления с правовой системой современной России выявить актуальные критерии разграничения публичного и частного права и присущие им взаимосвязи, а затем, используя полученные выводы, установить соотношение элементов публичного и частного права в российском конституционном праве.

    Исследование данной проблемы позволяет также обозначить общие тенденции развития конституционного права Российской Федерации, касающиеся изменения предмета его правового регулирования, внедрения новых правовых институтов, утверждения новых методов и способов правового регулирования.

     

    Полученные в ходе теоретического и практического анализа выводы дают возможность предложить ряд направлений развития и совершенствования российского конституционного права.

    Объект и предметом исследования. Объектом исследования является российская правовая система.

    Предметом исследования являются теоретические и практические вопросы соотношения элементов публичного и частного права в конституционном праве Российской Федерации.

    Эмпирическую базу исследования составляют Конституция Российской Федерации, иные действующие нормативные акты Российской Федерации, решения Конституционного Суда и других судебных органов Российской Федерации, конституционно-правовые договоры.

    Методологические и теоретические основы исследования. При написании работы автором использовались логический, исторический, системно-правовой и сравнительно-правовой методы научного исследования. Комплексное использование указанных методов было направлено на максимально объективное и обстоятельное исследование рассматриваемой проблематики.

    Ввиду того, что концепция деления права на публичное и частное получила наибольшее отражение в российской юридической литературе на рубеже ХГХ-ХХ веков, настоящее исследование опирается на анализ теорий разделения права, предложенных в указанный период. В процессе исследования использовались теоретические подходы, отраженные в трудах таких видных российских юристов того времени, как Ю.С. Гамбаров, В.Н. Дурденевский, К.Д. Кавелин, Ф.Ф. Кокошкин, С.А. Муромцев, И.А. Покровский, Ф.В. Тарановский, Е.Н. Трубецкой, Г.Ф. Шершеневич и другие.

    Научная новизна исследования. Настоящая работа представляет собой одно из первых в российской юридической науке комплексных исследований конституционно-правового аспекта теории деления права на публичное и частное. Проведенное исследование позволило сформулировать и обосновать следующие основные положения и выводы, выносимые на защиту.

    1. Возможность рационального подхода к вопросу разделения права на публичное и частное более очевидна в формальных теориях: теории разделения права по различию в положении субъекта в правоотношении и теории разделения права по характеру правовых норм. Анализ указанных теорий позволяет сделать вывод о том, что наиболее существенными формальными элементами частного права следует признать равенство

    6

    субъектов правоотношений во взаимосвязи с возможностью реализации свободы их волеизъявлений в рамках диспозитивных правовых норм; наиболее существенными формальными элементами публичного права следует признать наличие в числе участников правоотношений субъекта, наделенного властными полномочиями по отношению к другим его участникам, во взаимосвязи с возможностью реализации свободы волеизъявлений субъектов правоотношений в рамках альтернативых правовых норм.

    2. Элементы публичного и частного права способны в той или иной степени проникать в различные правовые отрасли. По этой причине провести четкую границу между публичным и частным правом не представляется возможным.

    3. Конституционное право сочетает в себе все наиболее существенные элементы публичного права:

    • в числе участников конституционного правоотношения в подавляющем большинстве случаев имеется субъект, наделенный властными полномочиями по отношению к другим участникам правоотношения;

    • свобода волеизъявления субъектов конституционных правоотношений преимущественно реализуется в рамках альтернативных правовых норм;

    • конституционное право в первую очередь направлено на охрану публичных интересов общества и государства. Специфика нормативного выражения публичных интересов в конституционном праве определяется наличием в его составе особого источника права - Конституции, специальные свойства которой - высшая юридическая сила и базовый характер - позволяют говорить об отражении в содержании Конституции высшей степени публичных интересов, или, если можно так сказать, о ее сверхпубличном характере.

    4. Конституционное право содержит в себе элементы, общие для публичного и частного права:

    • охрана интересов частных лиц;

    • регулирование имущественных общественных отношений;

    • предоставление инициативы защиты нарушенных конституционных прав непосредственным участникам правоотношений.

    5. Формальными элементами частного права в конституционном праве Российской Федерации следует признать наличие субъектов, обладающих равенством при решении определенного круга вопросов, что порождает необходимость использования

    7

    диспозитивных правовых норм для регулирования возникающих между ними отношений. Данное обстоятельство обусловило внедрение в практику современного конституционного права единого с частным правом правового инструментария - договора, являющегося традиционным юридическим средством оформления соглашений, порождающих правовые последствия.

    6. В качестве наиболее оптимального и юридически бесконфликтного способа координации норм конституционного права и норм отраслей частного права при регулировании пограничных общественных отношений автором предлагается вариант, когда нормы конституционного права создают ограничительные рамки для применения норм частного права (принцип субсидиарности).

    В диссертации выражено авторское понимание проблемы. В целом работа носит полемический характер. Диссертант не претендует на бесспорность выдвигаемых им положений и на исчерпывающее освещение темы.

    Теоретическая значимость диссертационного исследования состоит в исследовании конституционно-правового аспекта теории деления права на публичное и частное.

    Практическая значимость диссертационного исследования определяется его направленностью на решение актуальных проблем конституционного права Российской Федерации. Сформулированные в диссертации выводы могут быть использованы при совершенствовании правового регулирования отношений, составляющих предмет российского конституционного права. В первую очередь это касается отношений, находящихся на границе предмета правового регулирования конституционного права и отраслей частного права Российской Федерации. Результаты диссертационного исследования также могут быть использованы в научно-исследовательской деятельности, в преподавании конституционного права в высших учебных заведениях и в законодательной деятельности.

    Апробация результатов исследования. Основные положения диссертации были предметом обсуждения на кафедре конституционного и муниципального права юридического факультета МГУ им. М.В. Ломоносова. Многие ключевые положения диссертации нашли отражение в опубликованных автором статьях.

    Структура работы отражает логику исследования. Диссертация состоит из введения, двух глав, включающих семь параграфов, и библиографии.

    8

    Содержание исследования

    Во введении обосновывается актуальность темы, излагаются цели, объект и предмет исследования, определяются его методологические и теоретические основы, формулируется научная новизна, теоретическое и практическое значение результатов исследования.

    Глава I - «Теоретико-правовое обоснование деления права на публичное и частное» - содержит три параграфа: «Принцип деления права на публичное и частное в теории права» (§ 1), «Концепции разграничения публичного и частного права: материальные теории, формальные теории, теории отрицания разделения публичного и частного права» (§ 2), «Критерии разграничения публичного и частного права (§ 3).

    В первом параграфе автор на основе анализа взглядов российских и советских юристов на содержание и соотношение публичного и частного права указывает на теоретическую и юридико-техническую, практическую ценность концепции деления права на публичное и частное.

    В общетеоретическом аспекте вопрос разграничения публичного и частного права - это вопрос отграничения вмешательства государства в сферу частных интересов его граждан. Отмечается, что отношения в области государственного управления не могут строиться на принципах свободы и самостоятельности участников, ибо по своему характеру требуют централизованного воздействия и иерархической подчиненности участников. Вместе с тем многие отношения, складывающиеся в экономике, и прежде всего отношения товарообмена, напротив, нуждаются в предоставлении их участникам максимальной (хотя, разумеется, и не безграничной) свободы, стимулирующей их инициативу и предприимчивость. В этой связи теория разделения права на публичное и частное способна стать основой для теоретических построений, направленных на решение сложнейшей задачи установления пределов государственной власти над индивидом, которая была и остается одной из наиболее актуальных для России.

    Практическая ценность теории деления права на публичное и частное определяется, прежде всего, необходимостью решения юридических проблем, возникающих в связи с неравномерным распределением в законодательстве элементов публичного и частного права, зачастую нарушающим сложившееся отраслевое деление и обнаруживающим внутренние противоречия.

    9

    Применительно к современному конституционному праву теория деления права на публичное и частное способна помочь в решении отраслевых проблем различного уровня в частности:

    - осознания необходимости формировании эффективного правового механизма влияния общественных интересов на государственную власть, а также необходимости поддержания баланса между публичными интересами государства и общества и частными интересами отдельных лиц;

    - классификации конституционных правоотношений;

    - разграничения общественных отношений, находящихся на стыке предметов регулирования конституционного права и отраслей частного права;

    - координации норм конституционного права и норм отраслей частного права;

    - использования конституционным правом свойственного частному праву инструментария;

    - определения природы и специфики конституционно-правовой ответственности. Второй параграф посвящен анализу предложенных в различное время теорий

    разделения права на публичное и частное, теорий отрицания разделения права на публичное и частное и их сопоставлению с правовой системой современной России.

    Согласно принятой в юридической литературе классификации все концепции разграничения публичного и частного права, несмотря на их пестроту и многообразие, сводятся к двум основным направлениям: материальные и формальные теории разделения права.

    Представители материальных теорий разделения публичного и частного права исходят из содержания регулируемых отношений, обращая внимание на то, что регулирует та или иная норма права или их совокупность, что представляет собой содержание того или иного правоотношения. Сторонники данной теории делятся на две основные группы.

    К первой группе относятся последователи римского юриста классического периода Ульпиана. Содержание предложенной им теории укладывается в следующую формулу: право, охраняющее интересы государства - публичное, право, охраняющее интересы частного лица - частное. Основу данной теории составляет характер интересов, на удовлетворение которых направлено право. В России теория Ульпиана была поддержана Г.Ф. Шершеневичем и, с определенной долей условности, Л.И. Петражицким и В.Н Дурденевским.

    10

    Между тем, государственные и частные интересы настолько слиты и переплетены в праве, что объективно разграничить их не представляется возможным. Поэтому ценность теории Ульпиана носит сугубо теоретический характер: она способна дать ответ на вопрос, почему ту или иную область общественных отношений следует отнести к предмету публичного или частного права со свойственными каждому из них методам и способам правового регулирования, однако, она не способна предоставить четкие практические критерии для разграничения всего массива правовых норм.

    Вторая группа представителей материальной теории делит право на публичное и частное с точки зрения тех отношений, которые оно регулирует: неимущественные или имущественные. По мнению сторонников данной теории (К.Д. Кавелин, И.Д. Мейер) к предмету регулирования частного права следует отнести все имущественные отношения, а к предмету регулирования права публичного - все неимущественные отношения.

    Указанная теория была подвергнута вполне обоснованной критике со стороны целого ряда юристов. Вместе с тем, по мнению автора, ее анализ позволяет отметить некоторые различия в предметах правового регулирования публичного и частного права: предмет регулирования частного права, как правило, составляют имущественные отношения и те из неимущественных отношений, объекты которых могут иметь денежную оценку; предметом регулирования публичного права могут быть как имущественные, так и неимущественные отношения.

    Сторонники формальных теорий разделения публичного и частного права принимают за основу способ регулирования общественных отношений или особенности построения правоотношений. В отличие от материальных теорий, основанных на разделении общественных отношений, формальные теории базируются на разделении норм позитивного права. Выделяются три основных направления этих теорий.

    Первое направление носит название теории инициативы защиты. Согласно этой теории право публичное - то, которое охраняется по инициативе государственной власти в порядке суда уголовного или административного, а право частное - то, которое охраняется по инициативе частного лица, его обладателя, в порядке суда гражданского. В русской юридической науке теория инициативы защиты нашла своего продолжателя в лице С.А. Муромцева.

    Автор отмечает, что несмотря на то, что данная теория не находит своего подтверждения в действующем российском законодательстве, ее анализ позволяет прийти к выводу, что инициатива защиты нарушенных частных прав принадлежит непосредственно субъектам частных правоотношений, в то время как инициатива защиты

    11

    публичных прав может исходить не только от участников публичных правоотношений, но и от иных уполномоченных государством органов.

    Сторонники второго направления формальных теорий разделения права усматривают различие между публичным и частным правом в том или ином положении субъектов в правоотношении (теория различия положения субъектов в правоотношении). К их числу относятся Е.Н. Трубецкой, Ф.В. Тарановский, Ф.Ф. Кокошкин, из числа современных правоведов - М.И. Брагинский, Ю.А. Тихомиров, В.Ф. Яковлев и другие. В соответствии с данной теорией публично-правовые отношения могут быть определены как правоотношения, в которых участвует субъект, наделенный властными полномочиями по отношению к иным субъектам данного правоотношения. В отличие от них частно-правовые отношения представляют собой отношения между лицами, одинаково подчиненными власти государства, и в этом смысле равными друг другу.

    Третьим направлением формальных теорий разделения права на публичное и частное является теория разделения права по характеру правовых норм, представленная в России работами И.А. Покровского.

    Анализ данной теории, по мнению автора, позволяет сделать вывод, что публичное и частное право устанавливают различные границы свободы волеизъявления своих субъектов. Если диспозитивные нормы частного права допускают открытый перечень вариантов поведения субъектов правоотношений, предполагающий свободу их воли, то альтернативные нормы публичного права ограничивают свободу волеизъявления субъектов правоотношений, устанавливая закрытый перечень вариантов поведения.

    В заключении параграфа автор исследует и дает критическую оценку теориям отрицания разделения права на публичное и частное, предложенным Ю.С. Гамбаровым и А.Г. Гойхбаргом.

    В третьем параграфе автор на основе синтеза выводов, полученных в ходе анализа теорий разделения права, обосновывает актуальные критерии разграничения права на публичное и частное.

    По мнению автора, возможность рационального подхода к вопросу разделения права на публичное и частное более очевидна в формальных теориях. Причем теория положения субъекта в правоотношении в сочетании с теорией разделения права по характеру правовых норм обладают существенными преимуществами в сравнении с прочими теориями разделения права на публичное и частное. Во-первых, как следует из проведенного анализа, в отличие от критериев разделения права, предложенных представителями других теорий, критерии, выдвинутые сторонниками теории различия

    12

    положения субъекта в правоотношении и теории разделения права по характеру обязательности предписаний правовых норм, оказались наиболее устойчивыми к изменениям правовой системы России, которые произошли за период с конца ХГХ -начала XX века. В наши дни критерии разделения права, обоснованные представителями этих теорий, столь же актуальны, как и столетие назад. Во-вторых, указанные критерии находятся во взаимосвязи: принцип диспозитивности возможен лишь в отношениях между равными субъектами и не может быть использован для регулирования отношений между неравными субъектами, что повышает их научную ценность. В-третьих, эти критерии являются наиболее конкретными, они не размыты различного рода оговорками. В-четвертых, данные критерии являются практически применимыми к позитивному праву.

    Кроме того, как частное, так и публичное право обладают набором элементов, которые, не являясь отличительными, в большей степени соответствуют одной из этих правовых сфер. Так, предмет регулирования частного права, как правило, составляют отношения, объекты которых могут иметь денежную оценку, а инициатива защиты частных прав принадлежит непосредственно субъектам частных правоотношений. В отличие от него предмет регулирования публичного права не ограничен экономическими категориями, а инициатива защиты нарушенных прав может исходить не только от участников правоотношений, но и от иных лиц. С точки зрения теории права, частное право в большей степени направлено на защиту интересов частных лиц, в то время как публичное право охраняет интересы государства и общества.

    Автор указывает, что разделение современного российского права на публичное и частное по предмету правового регулирования, то есть на основании материальных признаков, не представляется возможным по нескольким причинам. Во-первых, отсутствует теоретическая база для такого деления. Ни одна из исследованных в настоящей работе материальных теорий разделения права не дает для этого конструктивного критерия. Во-вторых, такое деление было бы неустойчивым с исторической точки зрения, так как в зависимости от конкретных потребностей развития государства одно и то же явление общественной жизни в различное время может регулироваться как публичным, так и частным правом. В-третьих, формирование современной правовой системы России происходило в условиях отрицания концепции деления права на публичное и частное, что лишило ее соответствующего фундамента. В связи с этим деление российского права по предмету правового регулирования, то есть отраслевое деление, и деление позитивного права на публичное и частное, не вполне

    13

    соответствуют друг другу, что обусловливает возможность проникновения элементов публичного и частного права в различные правовые отрасли. По этой причине четкой границы между публичным и частным правом нет и быть не может, они мыслимы лишь как два полюса, к которым в большей или меньшей степени притягиваются нормы той или иной отрасли права.

    Глава II - «Соотношение элементов публичного и частного права в конституционном праве Российской Федерации» - содержит четыре параграфа: «Публичное и частное в предмете конституционного права» (§ 1), «Имущественные и неимущественные отношения в конституционном праве» (§ 2), «Субъекты конституционных правоотношений: характер взаимосвязей, порядок защиты прав» (§ 3), «Характер обязательности правовых предписаний норм конституционного права» (§ 4).

    В первом параграфе автор исследует проявление публичных и частных интересов в предмете правового регулирования конституционного права Российской Федерации.

    На основе анализа взглядов советских и российских юристов (С.А. Авакьяна, М.В. Баглая, В.А. Власова, Г.С. Гурвича, Ю.А. Дмитриева, М.Г. Кириченко, Е.И. Козловой, Е.И. Колюшина, В.Ф. Котока, С.С. Кравчука, О.Е. Кутафина, А.И. Лепешкина, А.Х. Махненко, И.В. Мухачева, В.С. Основина, Г.И. Петрова, С.М. Равина, С.С. Студеникина, Ю.А. Тихомирова, И.П. Трайнина, Я.Н. Уманского, В.Е. Чиркина, Б.В. Щетинина и др.) автор предлагает собственный подход к определению предмета правового регулирования современного конституционного права. По его мнению, в наиболее абстрактном виде конституционные отношения можно представить как отношения между государством и его гражданами по поводу формирования политики государства в отношении граждан, то есть по поводу установления, организации и закрепления пределов и принципов осуществления государственной власти и формах участия в ней населения. Источником этих отношений является народ: граждане государства определяют, в какой части они самостоятельны в осуществлении государственной власти, и в какой части, и на каких условиях они доверяют осуществление государственной власти уполномоченным государством органам. Таким образом, мы имеет дело с двумя видами осуществления государственной власти:

    А) народовластие, которое включает в себя, во-первых, установление условий осуществления государственной власти в целом, во-вторых, разнообразные формы непосредственной и представительной демократии;

    Б) осуществление государственной власти специально уполномоченными государством органами, не имеющими представительного характера.

    14

    По мнению автора, отношения, возникающие в процессе осуществления народовластия в предложенном понимании, могут быть отнесены к предмету конституционного права. Более развернуто можно сказать, что предмет правового регулирования конституционного права распространяется на:

    - общественные отношения по поводу определения территориальных, политических, социальных и экономических условий осуществления государственной власти;

    - общественные отношения, складывающиеся в процессе осуществления непосредственной и представительной демократии (включая местное самоуправление).

    Согласно данному определению за рамками предмета государственного права остаются общественные отношения, возникающие непосредственно в процессе осуществления государственной власти специально уполномоченными государством органами, например, органами исполнительной и судебной власти, что позволяет отграничить конституционное право от смежных отраслей права России.

    Имея в качестве предмета правового регулирования отношения народовластия, конституционное право в первую очередь выражает в нормативном виде публичные интересы, определяемые автором как взаимообусловленные интересы общества и государства, которым в конкретный исторический момент времени придается нормативное значение. Основной целью публичных интересов является поддержание стабильности в обществе. Основным их свойством является всеобщность, единство для всех и каждого. Специфика нормативного выражения публичных интересов в конституционном праве определяется наличием в его составе особого источника права - Конституции.

    Вместе с тем, нельзя говорить об отсутствии охраны со стороны конституционного права интересов частных лиц. Автор полагает, что под частным интересом следует понимать интерес отдельно взятого лица, побуждающий его под влиянием конкретных обстоятельств к определенному поведению. Носителем частного интереса является человек. Таким образом, частный интерес - категория сугубо субъективная. В зависимости от своих индивидуальных характеристик различные лица, оказавшиеся в одинаковом положении, могут обнаружить прямо противоположные интересы, причем как правомерные, так и неправомерные. По причине своей субъективности частные интересы не могут быть однозначно выражены в правовых нормах. Позитивное право не способно определить содержание интересов конкретного лица, а может лишь установить границы и условия для их реализации. Вместе с тем, в

    15

    определенной степени возможно совпадение интересов частного лица с закрепленными в праве публичными интересами.

    Конституционное право располагает значительным арсеналом средств для охраны частных интересов. В первую очередь конституционное право охраняет интересы частных лиц в составе публичных интересов, закрепленных в Конституции Российской Федерации. В качестве примера автор приводит положение статьи 2 Конституции России, провозглашающей: «Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства». Публичные интересы, закрепленные в этой норме, заключаются в признании необходимости охраны государством прав и свобод каждого члена общества. С точки зрения охраны частных интересов она позволяет конкретному лицу в случае нарушения его прав и свобод обратиться за защитой к государству. Равным образом охрана интересов частных лиц осуществляется в составе публичных интересов, закрепленных в Главе 2 Конституции Российской Федерации «Права и свободы человека и гражданина». С одной стороны, нормы этой главы Конституции России охраняют публичные интересы, определяя социальные условия осуществления народовластия, с другой стороны, они устанавливают наиболее общим образом границы и условия реализации правомерных интересов отдельно взятого лица.

    Кроме того, конституционное право содержит значительное число норм, регулирующих механизм реализации частных интересов непосредственно в процессе осуществления народовластия. К их числу относятся нормы законодательства о выборах, предоставляющие каждому избирателю право, руководствуясь исключительно своими интересами, отдать голос за того или иного кандидата, избирательное объединение, избирательный блок, проголосовать против всех кандидатов или вовсе отказаться от участия в выборах. Аналогичное право предусматривают нормы, регулирующие процедуру проведения референдума в Российской Федерации. На охрану частных интересов направлено законодательство о политических партиях, предоставляющее гражданам Российской Федерации, в зависимости от их взглядов, право вступить в политическую партию или не вступать в нее, участвовать в деятельности политической партии или выйти из нее, а также многие другие нормы конституционного права.

    В заключении параграфа автор обосновывает тезис о том, что одной из основных задач конституционного права как отрасли права, лежащей в основе всей правовой системы России и имеющей своей главной целью поддержание порядка и

    16

    стабильности в обществе, является обеспечение правовыми средствами баланса между публичными интересами государства и общества и интересами частных лиц.

    Во втором параграфе рассматривается вопрос о наличии в предмете правового регулирования современного конституционного права, наряду с неимущественными, имущественных общественных отношений.

    Примерами, наиболее наглядно демонстрирующими появление в предмете конституционного права имущественных отношений, изобилует российское законодательство о выборах. Целый ряд норм Федерального закона от 12 июня 2002 года №67-ФЗ «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации», Федерального закона от 24 июня 1999 года №121-ФЗ «О выборах депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», Федерального закона от 31 декабря 1999 года №228-ФЗ «О выборах Президента Российской Федерации», а также Инструкции «О порядке формирования и расходования денежных средств избирательных фондов кандидатов, зарегистрированных кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков при проведении выборов депутатов Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации», утвержденной Постановлением Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 18 августа 1999 г. №9/53-3, и Инструкции «О порядке формирования и расходования денежных средств избирательных фондов кандидатов, зарегистрированных кандидатов при проведении выборов Президента Российской Федерации», утвержденной Постановлением Центральной избирательной комиссии Российской Федерации от 14 января 2000 г. №69/785-3, направлены на правовое регулирование имущественных отношений, возникающих в рамках процедуры финансирования выборов в представительные органы государственной власти Российской Федерации и ее субъектов.

    Так, статьи 58 и 59 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» имеют цель регулирования отношений, связанных с определением правого режима избирательных фондов кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, порядка их формирования, а также расходования денежных средств, поступивших в избирательные фонды. Пункт 5 статьи 58 устанавливает перечень источников формирования избирательных фондов кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков. В пункте 6 данной статьи содержится перечень лиц, которым запрещается вносить денежные средства в избирательные фонды. Пункт

    17

    2 статьи 59 закрепляет целевое назначение денежных средств, поступивших в избирательные фонды. Пункт 3 этой статьи определяет перечень возможных направлений расходования денежных средств. Пункт 6 запрещает финансирование избирательных кампаний кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, минуя избирательные фонды.

    В настоящее время много споров вызывает вопрос о соотношении применения публичного (конституционного) и частного (гражданского) права к регулированию процедуры финансирования выборов. Ведь, несмотря на существенную долю конституционно-правового регулирования, значительная часть правоотношений в области финансирования избирательных кампаний осуществляется в гражданско-правовой сфере. С одной стороны, такие отношения формально подпадают под действие статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации, то есть составляют предмет регулирования гражданского права. С другой стороны, эти отношения порождают не только гражданско-правовые, но и конституционно-правовые последствия. Данная ситуация вызывает ряд вопросов, например, о конституционно-правовых последствиях недействительности сделки по финансированию избирательной кампании кандидата, избирательного объединения, избирательного блока, не соответствующей нормам гражданского права. Или, наоборот, о том, влечет ли сделка, совершенная с нарушением норм конституционного права, гражданско-правовые последствия.

    Однозначно отнести отношения по финансированию избирательных кампаний только к публичным или только к частным не представляется возможным. Для субъектов конституционного права (кандидатов, избирательных объединений, избирательных блоков, избирателей) они влекут по большей части публично-правовые последствия, Для коммерческих организаций или граждан, выполняющих работы или оказывающих услуги на основании гражданско-правовых договоров с целью извлечения прибыли, эти отношения направлены на удовлетворение частных интересов. В таких условиях подчинение отношений по финансированию избирательных кампаний только конституционному или только гражданскому праву является невыполнимой задачей. Поэтому представляется целесообразным отыскать способ координации норм конституционного и гражданского права.

    Для решения указанной проблемы автор предлагает использовать принцип субсидиарности. В этом случае гражданско-правовые отношения, возникающие в ходе процедуры финансирования избирательных кампаний, будут регулироваться в первую

    18

    очередь специальными конституционно-правовыми нормами, а затем – нормами гражданского права.

    По мнению автора, законодательно закрепить приоритет норм избирательного права перед нормами гражданского права, возможно путем включения федеральных законов, законов субъектов федерации, регулирующих процедуру выборов представительных органов государственной власти, следующей нормы: «К имущественным отношениям, возникающим в ходе процедуры финансирования избирательных кампаний, применяются нормы гражданского права в части, не противоречащей настоящему закону. Сделки, совершенные с нарушением норм настоящего закона, являются недействительными».

    Третий параграф посвящен исследованию характера взаимосвязей субъектов конституционных правоотношений и распределения инициативы защиты их нарушенных прав.

    Автор отмечает, что конституционное право, как отрасль права публичного, порождает значительное число правоотношений, имеющих в своем составе субъекта, наделенного властными полномочиями по отношению к иным субъектам этих правоотношений. Соответствующие нормы содержатся как в Конституции Российской Федерации, так и иных нормативных актах конституционного права. Согласно части 2 статьи 85 Конституции, «Президент Российской Федерации вправе приостанавливать действие актов органов исполнительной власти субъектов Российской Федерации в случае противоречия этих актов Конституции Российской Федерации и федеральным законам, международным обязательствам Российской Федерации или нарушения прав и свобод человека и гражданина до решения этого вопроса соответствующим судом». В соответствии с пунктом 10 статьи 20 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации» решения вышестоящей избирательной комиссии, комиссии референдума, принятые в пределах ее компетенции, обязательны для нижестоящих избирательных комиссий, комиссии референдума. Властные отношения возникают между Конституционным судом Российской Федерации и участниками конституционного судопроизводства, между лицами, ходатайствующими о приеме в гражданство Российской Федерации, и Президентом Российской Федерации, а также между многими иными субъектами конституционного права.

    19

    Между тем, не все конституционные правоотношения построены на этом принципе. B.C. Основин отмечал, что далеко не всегда одним из субъектов государственно-правовых отношений является представитель государственной власти[2].

    На примере современного конституционного права можно утверждать, что властные отношения отсутствуют между отдельными субъектами конституционных правоотношений, возникающих в рамках процедуры создания избирательного блока, урегулированной в статье 35 Федерального закона «Об основных гарантиях избирательных прав и права на участие в референдуме граждан Российской Федерации». Субъектами данных правоотношений могут быть, например, избирательные объединения, которые в лице своих уполномоченных представителей достигают соглашения о создании избирательного блока. Сходные правоотношения возникают между гражданами - учредителями политической партии, принимающими решение о ее создании на учредительном съезде в соответствии с положениями главы II Федерального закона «О политических партиях». Субъекты конституционного права, участвующие в данных правоотношениях, обладают одинаковой конституционной правоспособностью, то есть являются равноправными юридически.

    Кроме того, в конституционном праве существуют субъекты, которые, не являясь равноправными юридически, обладают равенством при решении определенных вопросов. Например, нельзя назвать властными отношения, возникающие между палатами Федерального Собрания Российской Федерации в рамках процедуры создания и деятельности согласительной комиссии по преодолению разногласий, возникших при принятии федерального закона (пункт 4 статьи 105 Конституции).

    Таким образом, современное конституционное право, равно как и отрасли частного права, допускает возможность возникновения невластных правоотношений между своими субъектами.

    Вследствие отсутствия кодификации конституционного права, единого перечня способов защиты нарушенных конституционных прав не существует. Возможные способы защиты конституционных прав закреплены в различных нормативных актах. К их числу относятся: обжалование действия или решения, нарушающего конституционные права и свободы граждан; признание недействительным ненормативного акта государственного органа или органа местного самоуправления, нарушающего конституционные права и свободы граждан; признание

    20

    несоответствующим Конституции Российской Федерации нормативного акта органа государственной власти; другие способы. Кроме того, защита конституционных прав осуществляется путем применения к нарушителю мер конституционно-правовой ответственности.

    Одним из способов защиты конституционных прав и свобод человека и гражданина является обжалование в суд действий и решений, нарушивших эти права и свободы. В соответствии со статьей 1 Закона Российской Федерации от 27 апреля 1993 года №4866-1 «Об обжаловании в суд действий и решений, нарушающих права и свободы граждан» каждый гражданин вправе обратиться с жалобой в суд, если считает, что неправомерными действиями (решениями) государственных органов, органов местного самоуправления, учреждений, предприятий и их объединений, общественных объединений или должностных лиц, государственных служащих нарушены его права и свободы. В данном случае субъектом, которому принадлежит инициатива защиты нарушенных конституционных прав, является гражданин, право которого было нарушено.

    Кроме того, инициатива защиты конституционных прав может исходить не только от их непосредственных обладателей, но и от специально уполномоченного государством органа. Так, в соответствии со статьей 84 Федерального конституционного закона Российской Федерации от 21 июля 1994 года №1-ФКЗ «О конституционном суде Российской Федерации» правом на обращение в Конституционный Суд Российской Федерации с запросом о проверке конституционности указанных в статье 125 (часть 2) Конституции Российской Федерации нормативных актов органов государственной власти и договоров между ними обладают Президент Российской Федерации, Совет Федерации, Государственная Дума, одна пятая членов (депутатов) Совета Федерации или депутатов Государственной Думы, Правительство Российской Федерации, Верховный Суд Российской Федерации, Высший Арбитражный Суд Российской Федерации, органы законодательной и исполнительной власти субъектов Российской Федерации.

    Такая мера конституционно-правовой ответственности, как роспуск представительного органа местного самоуправления, предусмотренная ст.49 Федерального закона Российской Федерации от 28 августа 1995 г. №154-ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», применяется по инициативе либо высших органов государственной власти субъекта Российской Федерации путем принятия закона субъекта Российской Федерации, либо

    21

    высших органов государственной власти Российской Федерации путем принятия Федерального закона Российской Федерации.

    Перечисленные нормы иллюстрируют возможность защиты конституционных прав как по инициативе лица, право которого было нарушено, так и по инициативе уполномоченных государством органов, которые, как правило, не являются непосредственными участниками спорных правоотношений.

    Четвертый параграф посвящен рассмотрению альтернативных и диспозитивных норм в конституционном праве Российской Федерации, а также договорного способа регулирования конституционных отношений.

    Анализ различных подходов к классификации норм конституционного права по характеру обязательности правовых предписаний, по мнению автора, позволяет сделать вывод, что в конституционном праве наряду с императивными правовыми нормами преобладают альтернативные нормы, которые допускают различные варианты поведения субъектов правоотношений в зависимости от конкретных обстоятельств. Примером такой нормы является положение статьи 15 Федерального конституционного закона Российской Федерации от 31 мая 2001 года №3-ФКЗ «О чрезвычайном положении», согласно которой Президент Российской Федерации вправе приостанавливать действие правовых актов органов государственной власти субъектов Российской Федерации, правовых актов органов местного самоуправления, действующих на территории, на которой введено чрезвычайное положение, в случае противоречия этих актов указу Президента Российской Федерации о введении на данной территории чрезвычайного положения. На основании данной нормы Президент Российской Федерации вправе выбрать один из двух вариантов поведения: приостановить действие правового акта, либо воздержаться от такого шага.

    Вместе с тем нельзя говорить об отсутствии диспозитивных норм в конституционном праве. Так, в соответствии с частью 4 статьи 66 Конституции Российской Федерации: «Отношения автономных округов, входящих в состав края или области, могут регулироваться федеральным законом и договором между органами государственной власти автономного округа и соответственно органами государственной власти края или области». Данная норма закрепляет возможность вступления двух субъектов Российской Федерации в договорные правоотношения. Она носит диспозитивный характер, поскольку не определяет конкретные варианты поведения субъектов правоотношений, а предоставляет им право самостоятельно

    22

    договориться по определенному кругу вопросов. Диспозитивный характер также носят положения части 3 статьи 11 и части 2 статьи 78 Конституции Российской Федерации.

    Таким образом, позитивное конституционное право, помимо императивных и альтернативных правовых норм, содержит и диспозитивные нормы, реализация которых происходит в рамках института конституционно-правового договора.

    Основу правового регулирования договорных отношений в конституционном праве составляют, наряду с приведенными выше положениями Конституции Российской Федерации, нормы Федерального закона от 24 июня 1999 г. №П9-Ф3 «О принципах и порядке разграничения предметов ведения и полномочий между органами государственной власти Российской Федерации и органами государственной власти субъектов Российской Федерации». Кроме того, отдельные положения, касающиеся регулирования договорных отношений, содержатся в уставах субъектов Российской Федерации и муниципальных образований.

    Основываясь на сравнительном анализе правового регулирования договорных отношений в частном (гражданском) и конституционном праве, автор приходит к выводу о том, что конституционно-правовой договор в наиболее общем виде может быть определен как соглашение двух или нескольких субъектов конституционного права об установлении, изменении или прекращении конституционных прав и обязанностей. В качестве сторон конституционно-правового договора могут выступать лица, которые в данном конкретном случае занимают равное положение с позиции подчинения вышестоящей власти. Так, равенство субъектов Российской Федерации в договорных правоотношениях вытекает из принципа универсального равноправия, закрепленного в статье 5 Конституции Российской Федерации. Равенство органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти ее субъектов может проявляться лишь в случае, установленном соответствующей диспозитивной нормой.

    По мнению автора, обращение современного конституционного права России к институту договора является закономерным явлением. Как отмечается в первой главе диссертации, правовое регулирование отношений между равными с позиции подчинения вышестоящей власти субъектами требует применения принципа диспозитивности независимо от области общественных жизни, в которой они складываются. Таким образом, появление в конституционном праве России субъектов, обладающих равенством при решении определенных вопросов, независимо от того обладают ли они равной правоспособностью или нет, порождает необходимость

    23

    использования диспозитивных правовых норм, предоставляющих участникам таких отношений возможность самостоятельно договориться об обязательных для себя правилах поведения по обозначенному кругу вопросов. При этом договор является традиционным юридическим инструментом для оформления соглашений, порождающих правовые последствия. Вопрос же о целесообразности отстранения государства от регулирования соответствующих общественных отношений носит по большей части не юридический, а политический характер. Его решение зависит от политической обстановки в стране в целом, от соотношения сил центральной и региональных властей, а также от многих иных факторов.

    В целом автор поддерживает тезис Н.В. Витрука, что развитие договорных начал в публичном праве является перспективным направлением осуществления народовластия (публичной власти) в Российской Федерации[3].

    24

    Основные положения диссертации отражены в следующих опубликованных работах автора:

    1. Ответственность в конституционном праве как форма публично-правовой ответственности // Конституционно правовая ответственность: проблемы России, опыт зарубежных стран. - М.: Изд-во МГУ, 2001. С.102-109. 0,4 п.л.

    2. Дискуссия о предмете конституционного права // Конституционное и муниципальное право, 2002, №3. С. 2-6. 0,7 п.л.

    3. Деление права на публичное и частное. Поиск критериев. // Юрист, 2002, №9. С.2-13. 1,4 п.л.



    [1] См.: Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.05.1997 №8-П; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.1998 №24-П; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 15.07.1999 №11-П; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 16.05.2000 №8-П; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 20.02.2001 №3-П; Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 10.04.2001 №5-П.

    [2] Основин B.C. Советские государственно-правовые отношения. - М.: Юрид. лит., 1962.С.13

    [3] Особое мнение судьи Конституционного суда Н.В.Витрука. Постановление Конституционного суда Российской Федерации от 30.11.2000 г. №15-П. РГ, 2000, № 239.

Информация обновлена:03.09.2003


Сопутствующие материалы:
  | Защита диссертаций 
 

Если Вы не видите полного текста или ссылки на полный текст книги, значит в каталоге есть только библиографическое описание.

Copyright 2002-2006 © Дирекция портала "Юридическая Россия" наверх
Редакция портала: info@law.edu.ru
Участие в портале и более общие вопросы: reception@law.edu.ru
Сообщения о неполадках и ошибках: system@law.edu.ru